Ледяной поцелуй страха

— Страх — верный способ контроля, исторически сложившийся.
— А еще это — сильная эмоция, с которой выбрасывается много энергии. И в данном случае мы отличные ее производители. Даже не фабрика, а целая электростанция.

Одиночество ведь - это еще когда не с кем разделить воспоминания.

— Читатели, — передразнила мама и горестно вздохнула, будто ставила на дочери крест. — У тебя одни книжки на уме.
— Еще и персонажи! — ввернула Анастасия и украдкой подмигнула подруге. — Они ей и заменяют мужчин.
— Ну а что? — подыграла Полина. — Хочу, брюнета с зелеными глазами себе нафантазирую, хочу — блондина голубоглазого, придумаю ему интересную профессию и историю. Все страдания — вымышленные. И носки чужие стирать не надо, и у плиты часами стоять. Одни плюсы.

— А ты, девочка… А ты не плачь! Ты смейся, смейся, как всегда! Всем, кто тебя обижает, — в лицо. Враги этого не выносят. Смейся!

— Ну а что? — подыграла Полина. — Хочу, брюнета с зелеными глазами себе нафантазирую, хочу — блондина голубоглазого, придумаю ему интересную профессию и историю. Все страдания — вымышленные. И носки чужие стирать не надо, и у плиты часами стоять. Одни плюсы.
— Ну а надоедает, без зазрения совести убивает, — хмыкнула Настя.

— Полина, ты хоть эту книгу не такой страшной делай, а то я, когда последнюю читала, думала, до утра не доживу. В туалет, стыдно сказать, встать боялась.

За любовью нужно ухаживать, как за хрупким цветком: поливать его, холить. Но не все готовы быть прекрасными садовниками.

Страх — верный способ контроля, исторически сложившийся

Коварная штука — запахи. Предательски заманивают в ловушки, в которые мы рады сами попадать. Дарят воспоминания, заключенные, словно джинны, в стеклянные флаконы. Стоит лишь нажать слегка на пульверизатор, и с легким пшиком вырываются наружу эти коварные запахи-ассоциации, которые туманят разум, вертят в хороводе воспоминаний, вызывают осеннюю горечь в душе, наворачиваются на глаза обжигающими слезами.

Наверняка у каждого случалась какая-нибудь история под названием «и не такие приключения». Но кто-то, словно трофей, хранит ее на виду и то и дело, горделиво приосанившись, делится ею со всеми желающими выслушать, а кто-то, наоборот, прячет ее в самых дальних уголках памяти, закопав в другие запылившиеся воспоминания в надежде совсем похоронить.