Эта история без высоких моральных, нравственных и патриотических составляющих, которые обычно сопровождают привычные нам рассказы об ужасах войны и конкретно о концлагерях, то есть эта история о реальной жизни без прикрас. Написала и вдруг вспомнила восхитительный фильм "ночной портье" лилианы кавани. Что-то есть общее между книгой и фильмом, пожалуй. Вообще, после "империи солнца" я еще больше зауважала балларда. Потому что далеко не всякому человеческому существу свойственна глобальная честность в признании того, что да - я непоправимо изуродован сложившимися жизненными обстоятельствами, вполне возможно тронулся умом и это навсегда. Впрочем, сойти с ума, чтобы выжить - не самая худшая стратегия. Наверное. Мало того, чувак умудрился таки худо-бедно адаптироваться в обществе после всего случившегося с ним и даже заработать на сублимировании своих психологических травм через творчество.

Начнем с того в книге, что джим подозревает: он сошел с ума еще до того, как попал в концлагерь. Потому что война уже давно стоит на пороге его дома. А он без ведома родителей ездит по городу и за город на велосипеде и видит множество трупов китайских солдат и обломки сбитых самолетов. И непрерывная смерть-онлайн нормально так укладывается в его новое мировосприятие, то есть в защитную реакцию психики на происходящее. Если бы джим остался обычным, нормальным мальчиком, то не выжил бы, после того, как японцы захватили город и бросили всех иностранцев из враждебных им стран в концлагеря. Откровенно говоря, он стал монстром, готовым на все, лишь бы съесть лишний кусок хлеба и как-то выжить. Не исключаю, что он даже подвергся сексуальным домогательствам, когда в первый раз прибился в компанию к голубоватому стюарду бейси и американскому моряку фрэнку. Проскользнул там один мутноватый, смазанный момент, который вполне можно трактовать, как домогательства моряка. Тот вечно тянул к нему лапы, а джим старался избежать этого.

Интересно было читать о долгой, временами прерывающейся и вновь возобновляющейся игре в кошки-мышки между бейси и джимом. Кто первым сумеет воспользоваться ситуацией или шансом, предать, продать - тот или другой? Награда в игре - жизнь. С самого начала с большим отрывом вел бейси, но джим мастерски сделал его на финише. И да, джим - монстр, повторюсь, при всех положительных качествах, которые он проявляет, и поступках, которые он совершает. Но монстр поневоле; монстр, в силу желания выжить в сложившейся ситуации. И это удается ему с блеском, в то время, как практически все дети, оказавшиеся в концлагере без родителей погибают, потому что взрослым откровенно плевать на них. Они заботятся или о себе, или о своих родных отпрысках. Конечно, есть люди, которым небезразлична судьба других узников, думающие не только о себе и о своих близких. Например, доктор. Но даже он делает основную ставку на заботу о джиме, а не об остальных детях. Подозреваю, благодаря запасу жизненных сил, изворотливости, хитрости и сообразительности, присущих именно этому ребенку. Потому что он может быть полезен, а всех увы не спасешь.

И, конечно, очень понравился пророческий момент, проскользнувший уже в самом финале, когда джим, ожидающий отхода корабля в англию, наблюдает свинство освободителей-американцев в отношении китайцев.

У лестницы, ведущей к парадному входу «Шанхай клаба», уже собралась толпа. Сквозь дверь турникет наружу вывалилась группа английских и американских моряков и выстроилась на верхней ступеньке; моряки о чем-то спорили и пьяно махали руками в сторону ошвартованного у Дамбы крейсера. Потом они начали выстраиваться в одну шеренгу, как хор, а китайцы стояли внизу и смотрели. Заметив, что они привлекли внимание любопытной, хотя и молчаливой аудитории, моряки начали свистеть и подначивать китайцев. Потом, по сигналу самого старшего в шеренге, они все разом расстегнули свои расклешенные книзу брюки и принялись мочиться на лестницу.

В пятидесяти ярдах ниже выхода китайцы молча стояли и смотрели на то, как множество струй сливается в пенистый поток мочи, который бежит вниз по ступенькам, на улицу. Когда он добежал до тротуара, китайцы отошли, и лица у них были пустыми, лишенными какого бы то ни было выражения. Джим оглянулся на стоящих вокруг людей, на клерков, кули и крестьянок, прекрасно понимая, о чем они сейчас думают. В один прекрасный день Китай заставит весь остальной мир платить по счетам, и вот тогда мало не покажется никому.

И вот, как в воду же глядел. Думаю, потому что родившись в китае, баллард очень хорошо понимал этот народ изнутри. И, кстати, откровенно не любил их, но в чем-то, видимо, все-таки признавал их право на месть за все то, что им причинили белые, британцы, в том числе. Вообще, в книге отношение джима к японцам временами даже лучше, чем к своим соотечественникам и, конечно же, к китайцам. В этот период жизни он не делит людей на друзей и врагов, потому что зла можно ожидать от кого угодно. Даже от, казалось бы, своих, что и происходит неоднократно. И тогда живые становятся страшнее, чем мертвые, с которыми мальчику джиму спокойнее и безопаснее, ведь от них не станешь ждать предательского удара в спину и смертельной угрозы в любую минуту.

И как ужасно, на самом деле, когда обычный ребенок, попавший в ад, в какой-то момент думает, а не умерла ли душа внутри его тела и, не сумев выбраться наружу, гниет где-то там глубоко? И кроме этого он ничем не отличается от всех остальных мертвецов, на которых уже насмотрелся в своей короткой жизни? Чего тогда удивляться, что война в голове у джима не заканчивается вместе с освобождением из концлагеря. Подозреваю, что и в реальности для балларда она так никогда и не закончилась.

Дети на войне — это жутко. А десятилетний мальчик, привыкший жить в роскоши и оставшийся без родителей в далеком Шанхае, это вообще за гранью понимания. Понятно, что ребенок, у которого до войны было все, не может адаптироваться к изменившейся обстановке. В начале романа мальчик ищет родителей. А так как он хорошо знает марки самолетов и уверен, что японцы самые смелые воины, то, естественно считает, что они могут ему помочь. Вопрос чем? Кому нужен английский ребенок? Кто захочет взять за него ответственность? Каждый спасается как может. Вот и Джиму приходится приспосабливаться. Голодный, он слоняется от одного знакомого дома к другому в поисках пищи и мечтает оказаться у японецв. Бедный ребенок надеется встретиться там с родителями. А пока распределительный лагерь, затем лагерь Лунхуа, где он выживает в течение 3 лет. Это очень страшно, взрослые манипулируют им в своих интересах, заставляя добывать дополнительную еду, или эксплуатируя физически. А он не сдается и приспосабливается. Выживает сам и тянет других. 

Читала медленно, показана очень тяжелая обстановка и нечеловеческие условия выживания в японском лагере для европейцев, оказавшихся в Китае в период Второй мировой войны.

Не знаю, как относится к этой книге, даже оценку какую поставить не знаю, полный разброд и шатание. Еще одна сторона все той же большой войны и, несмотря на огромное количество прочитанных ранее книг о войне, эта сторона была для меня новой и... странной. История о том, как в 1941 году мальчик, оставшийся один в Шанхае, после нескольких месяцев мытарств попадает в контрационный лагерь и живет в этом лагере 4 года. Читая книгу я была уверена, что в начале мальчику лет 6 и была удивлена узнав, что ему 10, потому что суждения и поведение больше соответствуют дошколенку, для 10-летнего ребенка как то всё уж очень по-детски. Тема жуткая, ребенок, живший в практически идеальном мире, на протяжении 4-х лет видит такое количество смерти, боли, грязи, что большинство взрослых не выдержит, выживает в этом мире. Выживает за счет приспособленчества и моральной деформации, потому что выжить можно только перестав относится к смерти, как к чему то страшному, только сделав её привычной, обычной и практически нормальной. Жестокость окружающих какая-то просто аномальная, я понимаю, что в тяжелой ситуации каждый сам за себя, но здесь всё это настолько гипертрофировано, что несколько удивляет. Мальчик, которого в любой ситуации отшвыривают все взрослые, не то что не сочувствуют, но просто уничтожают. Ох, я знаю, что жестокости в мире много, но здесь всё настолько через край и так страшно, что какая-то часть меня активно не хочет верить, что такое возможно. Все говорят, что книга автобиографична, но я посмотрела биографию Балларда, он действительно был в японском лагере, но он был там с родителями, то есть история потерянного мальчика не может быть историей самого Джеймса Балларда, а если она всё-таки вымысел, то не слишком ли это? Или я просто уговариваю себя, что этого не было? Эту книгу нельзя читать людям трепетным, те, кого тошнит от описания физических ужасов, испражнений, болезней и т.д., проходите мимо, здесь этого столько, что "Террор" Симмонса - легкое чтиво по сравнению с "Империей солнца".