Botanika duszy

Я действительно считаю, что мне в жизни повезло. Мне повезло, потому что я смогла посвятить жизнь изучению мира. По этой причине я никогда не ощущала себя незначительной. В жизни много непонятного, это так, и нередко жизнь становится испытанием, но если есть возможность найти в ней непреложные факты, никогда нельзя ее упускать, ведь факты - самое ценное, что у нас есть. - Уоллес по-прежнему не отвечал, и Альма продолжала: - Видите ли, я никогда не испытывала необходимости придумывать иной мир помимо нашего, потому что наш мир всегда казался мне огромным и прекрасным. Меня всегда удивляло, почему другим он не кажется достаточно огромным и прекрасным, зачем им выдумывать эти новые чудесные миры, зачем хотеть жить где-то еще, кроме этой Земли...но это уже не мое дело. Все мы разные - видимо, суть в этом. Мне всегда хотелось лишь одного - познать этот мир. Теперь, когда мой конец близок, я могу с уверенностью сказать, что знаю о нем намного больше, чем знала, когда пришла в него. Мало того, мой маленький кусочек знаний добавился к другим кусочкам, накопившимся за историю человечества, - к этой великой библиотеке. И это не такое уж незначительное достижение, сэр. Любой кто может сказать о себе такое, прожил счастливую жизнь.

Ещё она узнала, что её отец не посещает службу, хоть на его имя и была зарезервирована лучшая отдельная скамья в Шведской лютеранской церкви, куда ходили по воскресеньям Альма с матерью. Надо сказать, что мать Альмы не испытывала к шведам особой симпатии, но, поскольку в окрестностях не было голландской реформатской церкви, шведы были лучше, чем ничего. Они, по крайней мере, понимали основной постулат кальвинизма, гласивший, что мы сами несём ответственность за свои жизненные обстоятельства и, скорее всего, обречены, а будущее не несёт ничего хорошего. Это было всё, что Беатрикс знала и в чём находила утешение.