Рассказы штабс-капитана Бабкина

Полковнику Ждановскому были отданы все кашевары, возницы и коноводы. Офицеров осталось всего три десятка. Если их рассекут красные, то третья рота в опасности, а первая и вовсе в безвыходном положении. Холм будет окружен и сравнен с землей пушечным огнем. Но тут мы видим странную картину. Из окопов, что ближе к нам, но немного впереди, выкарабкивается офицер. Постоял на бруствере, пошатываясь. Потом пошел навстречу атакующим цепям и бронеавтомобилю.

• Крестовский! - крикнул тут, узнав, Василий Сергеевич. - Черт бы его побрал! Что он удумал? Сдается, что ли?

Бронеавтомобиль левую башню с пулеметом разворачивает в его сторону. Дает очередь. Пули ложатся перед офицером. Сейчас красный пулеметчик будет докручивать прицел. Крестовский в это время встает на колено. И падает.

• Ранен? Убит?

Это Василий Сергеевич, не отнимая трубы от глаза. С башни броневика пущена вторая очередь. Она проходит над упавшим капитаном. Мы видим пыльные фонтанчики за ним. Неужели?.. Но Вика поднимается. Отряхивает руки о штаны. Поднимает карабин. Осматривает его. И тут до меня доходит, что он пьян. Не просто “выпимши”, как говорит его унтер Репейников, а пьян в усмерть. И если б он не упал по причине крайней нестойкости на ногах, пулеметная очередь прошила бы его. Пока я думаю об этом, капитан Крестовский все-таки успешно встает на колено. И застывает. Бронеавтомобиль сворачивает и ползет прямо на него. Его левая башня опять изрыгает огонь и свинец. Пули ложатся справа от капитана. Вика стреляет. Пулемет левой башни как-то дергается и обрывает свои трели.

• Попал! - возбужденно говорит штабс-капитан Лихонос.

Бронеавтомобиль продолжает двигаться. Заработал пулемет второй, правой башни. Крестовский передернул затвор карабина. Опять приложился, застыл каменным изваянием. Это было непостижимо. Блиндированный мотор, плюющийся свинцом, и фигурка ничем не защищенного офицера. Очередь проходит выше. Ложится позади Крестовского, взбив фонтанчики пыли. Вторая очередь шьет словно бы сквозь него. Мы видим в наши Цейссы, что пули должны смести Вику. Но они каким-то чудом не задевают его. Теперь он стреляет. Второй пулемет задирает свое рыло кверху.

• Опять попал! - не верит своим глазам Лихонос.

Бронеавтомбиль набирает скорость. Расстояние между ним и капитаном Крестовским быстро сокращается. Сто шагов, шестьдесят, сорок... План шоффера прост - сбить офицера своим бронированным телом, раздавить его колесами. Вика словно не видит и не понимает опасности. Он опять застывает. Тридцать шагов. Двадцать... Выстрел! Броневик заюлил, свернул влево, потом вправо, потерял управление и на всем ходу врезался в кустарник. Только теперь я заметил, что бой остановился. И красные замерли, как вкопанные. И наши перестали стрелять. Все наблюдали за поединком чудовища, обшитого броневыми листами, и беззащитного человека. Еще не осела пыль, поднятая броневиком, как подполковник Волховской отдает приказ:

• Третья рота! В атаку!