Кулинарная книга

Я позвоню однажды, плюнув молчанием в трубку, так, что голос твой, мягкий, его не перекричать. Ты поймёшь по мелодии тишины и дыхания, что я скучаю... день, два, на третий я становлюсь безумной. Безумным достаточно слышать чьей-то "Алло, кто это?" Может быть, в день, когда тебе будет чудовищно плохо, осмелюсь сказать: "Это я, хочу быть рядом, завернутая в твои объятия, опьяненная ночью, готовая танцевать в утренних лучах занавесок".
Хочется заснуть у тебя на груди, чтобы ты думал обо мне своим сердцем. Порой мне кажется, что твои пальцы, глаза, кожа для меня важнее своих. И когда я жду долго, а тебя всё нет, начинает мерещиться, что нет меня, а не тебя. Жаль, что жить нам приходится раздельно: ты в моем сердце, я - в твоём.
И последнее. Я понимаю, что если бы ты хотел меня увидеть, то не снился бы так часто. Позвони мне, когда я пииснюсь тебе.

Жил-был человек. Квартира его была настолько маленькой, что он жил в кровати, кухня его была настолько крохотной, что он завтракал на холодильнике, у душе ему так было скучно, что он лез в чужие. Взгляд его был настолько недальновидный, что он опирался на чужие точки зрения. Мозг его был настолько крошечным, что он пользовался чужим мнением, настроение его портилось так быстро, что он хранил его в морозилке... Как бы он ни пытался научить говорить свое имя, оно не говорило ни о чем. Как бы он не представлял, он не представлял собой ничего. Он был настолько одинок, что не воспринимал людей, он был настолько несдержан, что все время держался за телефон, чтобы не натворить. Мир его был настолько внутренним, что остальное время он проводил в виртуальном. Жизнь его была настолько логична, что он чувствовал себя встроенной деталью. Жила-была деталь, которая не знала, как ей стать человеком.