Посмертные записки Пиквикского клуба

В дальнем углу сада находилась беседка, заросшая жимолостью, жасмином и вьющимися растениями, – одно из тех приятных убежищ, которые возводятся гуманными людьми для удобства пауков.

У всякого человека, сэр, только две искренние привязанности: первая — к самому себе, вторая — к хорошеньким леди.

Очень рад познакомиться с вами и надеюсь, что наше знакомство будет длительным, как говорил джентльмен, обращаясь к пятифунтовому билету.

Э, нет, в порядке очереди, как говорил Джек Кеч, вздергивая людей на виселицу: простите, что заставляю вас ждать, сэр, но сейчас я вами займусь.

Такова старая прерогатива королей – управлять всем, кроме своих страстей.

Мистер Пикквик сердито взглянул на своего слугу и сказал, что никак не следует шутить над одним из лучших чувств человеческой природы. На это Самуэль отвечал:
— Прошу извинить, сэр, но лучших чувств так много в вашей джентльменской груди, что никак даже не разберешь, над которым из них, при случае, позволяется пошутить.

Если вы расстались с человеком друзьями в два часа ночи, а он встречает вас утром в половине десятого и вместо приветствия называет вас змеей, есть основания заключить, что за это время случилось нечто неприятное.

При жизни он стал так похож на мертвеца, что никто не заметил, когда он умер

Никогда не падайте духом. Все на свете вздор, не так ли?