Цитаты из книги Три весёлых братца

Они имели право петь, говорить, выходить на демонстрации. Наполеон распорядился, чтобы раз в неделю устраивались так называемые стихийные демонстрации с целью восславить достижения и победы скотского хутора.

“Дисциплина, товарищи, железная дисциплина! Вот лозунг сегодняшнего дня!"

“Человек — единственное существо, которое потребляет, ничего не производя. Он не дает молока, он не несет яиц, он слишком слаб для того, чтобы таскать плуг, он слишком медлителен для того, чтобы ловить кроликов. И все же он верховный владыка над всеми животными. Он гонит их на работу, он отсыпает им на прокорм ровно столько, чтобы они не мучились от от голода — все же остальное остается в его владении.”

“Уберите со сцены человека, и навсегда исчезнет причина голода и непосильного труда.”

Из всех живых существ один человек потребляет, но ничего не производит. Он не даёт молока, не несёт яиц, его нельзя запрячь в плуг, потому что он слишком слаб, ему не поймать кролика, потому что он не умеет быстро бегать. Всё так, и тем не менее он властвует над нами. Он заставляет нас работать на себя, забирает плоды наших трудов, нас же самих кормит впроголодь. Нашим трудом обрабатывается земля, нашим навозом она удобряется, а что у нас есть? – ничего, кроме своей шкуры.

Они переводили глаза со свиньи на человека, с человека на свинью и снова со свиньи на человека - но различить, их было уже невозможно.

Слабые, сильные, хитроумные и недалёкие - все мы братья.

Из всех живых существ только человек потребляет, но ничего не производит.

Господь Бог дал ему хвост, чтобы отгонять мух, но он лично обошелся бы без хвоста и без мух.

"Хотелось бы закончить свое выступление, сказал он, еще раз подчеркнув те дружеские связи, которые ныне должны существовать между скотским хутором и его соседями. Между свиньями и людьми ныне нет и не может быть коренных противоречий. У них одни и те же заботы и трудности, одни и те же проблемы, в частности, касающиеся работы. "

Нет такого животного, которого в конце жизни не настиг бы беспощадный нож.

... им никогда не жилось ни лучше, ни хуже - голод, непосильный труд и обманутые ожидания, таков, говорил он, нерушимый закон жизни.

"Животные, наблюдавшие снаружи, переводили взгляд от свиных харь к лицам людей, от людей - к свиньям, и снова - от свиней к людям, но было уже невозможно отличить, кто есть кто".

Позже Стукач обошел встревоженную скотину и навел порядок в умах.

Двенадцать голосов злобно перебранивались, отличить, какой чей, было невозможно. И тут до животных наконец дошло, что же сталось со свиными харями. Они переводили глаза со свиньи на человека, с человека на свинью и снова со свиньи на человека, но угадать, кто из них кто, было невозможно.

А в большинстве своем мы никак не расстанемся с верой в то, что любой выбор, даже любой политический выбор, всегда лежит между добром и злом, как и в то, что все необходимое тем самым справедливо. Думаю, пора нам расстаться с этими взглядами, уместными лишь в младенчестве. В политике не приходится рассчитывать ни на что, кроме выбора между большим и меньшим злом.

И все же бывали дни, когда им казалось, что лучше бы у них было меньше цифр и больше еды.

Животные слушали и никак не могли решить, кто из них прав; они всегда оказывались в согласии с тем, кто говорил в данный момент.