Аудиокнига

Ларгитас не в силах видеть непознаваемое. Это вызов. Пощечина. Хищник, вторгшийся на чужую территорию. Непознаваемое надо скрутить в три погибели, силой превратить в непознанное – и вцепиться в него клыками и когтями познания. Это – залог существования. Инстинкт самосохранения. Иначе твое собственное право на жизнь подвергается сомнению.

Планета Шадруван, невозможный, непознаваемый мир, о который уже долгие годы бьются лучшие умы Ларгитоса. И Регина отправляется на эту планету, чтобы лечить мальчика Артура, сына своего бывшего возлюбленного, от аутизма. Мальчик пережил столкновение с хищной космической флуктуацией еще в утробе матери, и единственный выжил после ее атаки. Но не только Артур является загадкой и интересом для ученых и спецслужб Ларгитоса, но и сама планета и ее жители, чей мозг защищен от проникновения извне, как и сам мир. Кстати, брат Линды Рауль из первой книги на Шадруване тоже был. Тот самый Рауль, которого здесь зовут Бернард Кауфман, засекреченный, как и сама планета. Плохой архитектор, но очень хороший администратор с фобией перед энергетами, возглавляющий группу исследователей. А еще был местный житель Шадрувана Каджар-хабиб - философ, художник и поэт. И его было очень жаль... И насилие, пунктиром проходящие через жизнь главной героини, которое не оружие, но инструмент. И флейта, которая не только инструмент, но и оружие.

– Я убила Лейлу. – Как? – он заставил себя язвительно улыбнуться. – Чем? – Фа-диезом. – Не волнуйся. Ты, главное, не волнуйся… – А ты не спорь со мной. Протяженный фа-диез – это инсульт.

Предопределенность. Непознаваемое и непознанное. Осенние мечты. Корабль-призрак на орбите Шадрувана. Гусь в кувшине и мир в скорлупе. Кто или что вылупится из скорлупы? Джин с огненными крыльями или многоликая Химера, способная объять необъятное и познать непознаваемое?

Озвучка отличная. Книгу читал Владимир Овуор.

Замечательная третья часть и замечательная трилогия. Кто-то говорит, что авторы уже не те и цикл неудачный. Но это мое первое знакомство с творчеством Олди. И если ЭТО неудачно, то я просто снимаю шляпу и в восторге бегу читать еще чего-нибудь. Потому что это потрясающая история, потрясающий мир и потрясающие герои. Большая политика и мелкие человеческие беды и радости, счастье в ограничениях, в тех, что мы создаем и выбираем сами. Напряженная третья часть, сложные отношения ларгитасцев с аборигенами Шадрувана, непостижимая загадка планеты-призрака, эмоциональная дисбаланс самой Регина ван Фрассен – а в итоге чистый завершающий аккорд флейты. И все становится как должно быть, как надо. Вы там, наверху, в мирах Ойкумены бейтесь над этой тайной, а Регина, и Ник, и Артур просто будут счастливы.

Подошла к концу трилогия «Городу и миру» нового для меня дуэта двух авторов Олди. Удивительно, что подобный жанр в виде космической саги оказался таким увлекательным. Дело всё-таки в мастерстве писателя, а не в жанре. Мир телепатов и энергетов Йокумены вымышленный, но реальнее настоящего, внутреннее устройство поражает образностью, сложной организацией, разноплановым обществом, разными по уровню цивилизациями.

Вот она, продолжательница аристократического рода, психир в первом поколении – Регина ван Фрассен. Учеба давно позади, карьера сложилась. Самодостаточная, независимая женщина. И такой она мне нравится. Но не хватает одного – реализации со стороны женской сути. Как любой из женщин хочется тепла и намека на домашний очаг. Судьба благосклонна к ней и подталкивает Регину к возобновлению старых связей, несмотря на не прошедшую боль от предательства и утраты. А в окружающем мире не всё гармонично, большая политика, распространяющаяся даже не на планету – на Вселенную, рулит и распоряжается своими жителями и подчиненными по своему усмотрению. Регина призвана на некую планету Шадруван, где по восточному жестоко царит правящая династия с наместником, по уровню развития планета варваров, опасных варваров. В этом назначении целый узел проблем: работа, любовь и привязанность, политика, интриги. И вначале Регина не догадывается насколько опасно влезать в большие секреты, но отойти в сторону невозможно.