Цитаты из книги Кати в Италии

Ничто не бывает так мертво, как любовь, которую недавно похоронил.

Даже если мужчина такой большой хищный зверь, которого все ненавидят, всегда найдется любящая женщина, которая останется с ним до последней минуты.

Если это любовь, то я питаю истинную страсть к моему старому велосипеду.

— Держу пари, что когда я умру и явлюсь к небесным вратам, то и там меня встретит плакат: «Вход в небесное обиталище — пейте кока-колу!»

Мы выпили по бокалу aqua di Trevi и послушали, как широкогрудый певец поет «Санта-Лючия», одно из самых действенных средств, придуманных итальянцами, чтобы мучить иностранцев. Когда слышишь эту песню первые пятнадцать — двадцать раз, это еще куда ни шло, но раз за разом становится все хуже, и, когда черноволосые мальчишки в сотый раз нудят «Санта-Лючия…», хочется стать бешеной собакой и всех перекусать.

— Ха! — воскликнула я. — Пожалуй, пять-шесть кандидатов в резерве, а с одним или с двумя она чуточку — слегка — помолвлена. Но занята?.. Нет, этого утверждать нельзя!

Господин Мальмин испуганно смотрел на Апеннины. Мне было так жаль его! Мне вовсе не хотелось его огорчать. Я только собиралась деликатно разъяснить ему девиз Евы: «Один мужчина — это не мужчина!»

— Тебе бы повнимательнее следить за своей собственностью, — заявила Ева. — В Милане ты потеряла перчатки, но об этом я много говорить не стану. Но потерять двухметровую персону мужеского полу — это преступная небрежность!

Звуки лютни чудесны уже только потому, что, когда она замолкает, наступает благословенная тишина. Но большая часть поющих под лютню, обычно,как можно дальше отодвигает этот сладостный момент. И у меня всегда становится тоскливо на душе,когда огромные сильные парни, по виду профессиональные боксеры, встают в позу и возвещают:"Я девушка, что бродит в лохмотьях вокруг..."-а затем до бесконечности: "Сходим-ка мы за пивом, за пивом, за пивом. Хопп-сан-са..."

Да,-согласилась Ева.-Не так уж страшно сделаться вдруг, к примеру, фру Юхансон! А бедняге Юхансону,должно быть, станет не очень весело, когда он поймет что и в каком порядке приобретала его жена.Сначала полотенца, потом, кофейный сервиз,потом довольно долго совсем ничего и только потом уж Юхансона!

Есть ли хоть несколько слов в человеческом языке, вмещающих большую тоску и покорность, чем это "никогда"?

— Не читай так много, Кати! — частенько говаривала мне Ева. — Лучше живи!

Но все-таки иногда я обращалась с ним свысока, и он этому не противился. Я могла быть злой и отвратительной, не опасаясь никаких последствий. А ведь ничто так не опасно, как осознание, что ты можешь безнаказанно с кем-то плохо обращаться.

Вагнер, Мюссе, Байрон - и ты! - сказала она. - Когда влюбленный Вагнер сидел в Венеции, он сочинил оперу "Тристан и Изольда". Мюссе извлек из своих любовных мук дивные элегии, а Байрон написал поэму "Дон Жуан"! А ты, что делаешь ты? Скулишь и выплевываешь виноградные косточки прямо мне в волосы!

Но хотел совершенно точно знать, занята ли уже Ева где-то на стороне. — Не более чем обычно, — правдиво ответила я. — Не более чем обычно — что это значит? — удивился гос­подин Мальмин. — Ха! — воскликнула я. — Пожалуй, пять-шесть женихов в резерве, а с одним или с двумя она чуточку — слегка — помолвлена. Но занята?.. Нет, этого утверждать нельзя!

Единственный завет, который я хочу оставить после себя человечеству: "Не отправляйтесь за границу, не захватив с собой пару изношенных туфель!"

Невозможно переоценить пользу знания языков.

Похоже, как раз тогда, когда все видится в исключительно мрачном свете, все может еще наладиться.

О, я так счастлива! Жизнь улыбается мне!

Я как была книжным червем, так им и останусь. Жизнь, описываемая в книгах, была для меня более реальной, чем сама реальная жизнь. Сколько себя помню, я собирала книги и теперь с чувством тихой внутренней радости перенесла их в новое хранилище.