Hans Memling. Sad Ostateczny

Центральная часть и внутренние стороны боковых створок алтаря занимает одна большая сцена, построенная строго симметрично. Художник трактовал тему Страшного суда, используя систему изображения, принятую в изобразительном искусстве Северной Европы и соединяя её с мотивами библейских текстов, в том числе Апокалипсиса. В центральной части триптиха Мемлинг частично повторил композицию «Страшного суда» ван дер Вейдена (полиптиха из госпиталя в Боне). Так же, как и у ван дер Вейдена, Христос-Судия восседает на радуге (она по Ветхому Завету — символ единения Бога и человека). Вертикальная ось центральной части проходит через фигуры Христа и Архангела Михаила, взвешивающего души. Пылающий меч и лилия, исходящие из уст Христа символизируют справедливость и милосердие, его ноги опираются на сферу. Правая рука Христа поднята в благословляющем жесте, левая — опущена в осуждающем. Его окружают двенадцать апостолов, Дева Мария и Иоанн Креститель, ходатайствующие за людские души. Над этой группой располагаются ангелы, которые несут знаки Страстей Христовых, ниже — ангелы, трубящие в трубы Апокалипсиса.

В нижней части композиции доминирует фигура Архангела Михаила в рыцарских доспехах. С помощью весов он разделяет блаженных и проклятых, своим жезлом Михаил попирает душу обречённую. Человеку, изображённому на левой части весов Мемлинг придал черты Томмазо Портинари, причём портрет был добавлен уже после завершения картины. Появление изображения Портинари объясняется по-разному: возможно Тани просил написать его, желая угодить своему преемнику, или Портинари также оплатил создание триптиха, или даже купил его.

У ног Архангела Михаила мёртвые, завёрнутые в саваны, выходят из могил на последний суд. Пейзаж в центральной части триптиха — грозные тучи над бесплодной голой землёй, подчёркивает приближение последней катастрофы, несущей конец миру.

На правой створке изображена сцена низвержения в Ад грешников. Историки искусства видят здесь сходство с алтарной створкой Дирка Баутса, хрянящейся в Лувре. В отличие от других художников, обращавшихся к теме Страшного суда, Мемлинг не увлекается картиной жестоких мучений или изображением гротескных звероподобных дьяволов. Трагизм момента художник передаёт через мимику (здесь он в полной мере использует свой талант портретиста) и жесты несчастных, ввергаемых в огонь. Тела грешников, переплетённые друг с другом в страданиях, тем не менее грациозны и изящны. Несомненно, что художник внимательно изучал обнажённую натуру.

Левая створка представляет одну из самых светлых картин Рая в живописи. Праведники с помощью Святого Петра поднимаются к вратам Небесного Иерусалима по хрустальной лестнице, на вершине которой их, как предсказано в Евангелии, облекают в одежды в соответствии с тем рангом, который они занимали при жизни. Спасённых музыкой встречают ангелы. Из-за прикрытых Врат Рая вырывается ослепительно яркий свет. Жесты персонажей гармоничны, лица спокойные, просветлённые. Архитектурный комплекс Райских Врат напоминает здания в Брюгге. На фронтоне входа — барельеф с изображением сотворения Евы. На пилястрах портала расположены статуи ветхозаветных пророков и царей. Под тимпаном, в окружении символов четырёх евангелистов: быка, льва, орла и ангела, на троне восседает Христос, у его ног — Божий агнец. Некоторые исследователи считают, что Мемлинг переосмыслил мотивы входа в Рай из кёльнского «Страшного суда», созданного Стефаном Лохнером около 1435 года.