Цитаты из книги Золотые сказки

Горе детям, которые восстают против своих родителей и покидают по неразумию своему отчий дом! Плохо им будет на свете, и они рано или поздно горько пожалеют об этом.

Богатому не спится, богатый вора боится.

12. КУКОЛЬНИК МАНДЖАФОКО ДАРИТ ПИНОККИО ПЯТЬ ЗОЛОТЫХ МОНЕТ,

ПРЕДНАЗНАЧЕННЫХ ДЛЯ ПАПАШИ ДЖЕППЕТТО, НО ПИНОККИО ПОДДАЕТСЯ УГОВОРАМ ЛИСЫ И КОТА И УХОДИТ С НИМИ

На следующий день Манджафоко отозвал Пиноккио в сторонку и спросил: -- Как зовут твоего отца? -- Джеппетто. -- Его профессия? -- Бедность.

В восхищении, королевич не знал, как выразить свою радость и благодарность. Речи его были бессвязны, оттого они и пришлись принцессе по сердцу: чем меньше красных слов, тем больше любви.

- Дурачок ты.

- Если я моему господину доброму и ласковому за все его милости и любовь горячую, несказанную заплачу его смертью лютою, то не буду я стоить того, чтобы мне на белом свете жить, и стоит меня тогда отдать диким зверям на растерзание.

All of this has happened before, and it will all happen again.

You know that place between sleep and awake, that place where you still remember dreaming? That’s where I’ll always love you. That’s where I’ll be waiting.

Dreams do come true, if only we wish hard enough. You can have anything in life if you will sacrifice everything else for it.

The moment you doubt whether you can fly, you cease for ever to be able to do it.

Never say goodbye because goodbye means going away and going away means forgetting.

To die will be an awfully big adventure.

Как-никак он человек, а не птица, и ему нужна крыша над головой.

В каждой вещи есть мораль, если ты только сумеешь её найти.

Трудно было передать, как Венди презирала пиратов. Еще для мальчишек в самом слове «пират» было что-то захватывающее. А она увидела лишь то, что судно не драилось годами. Все так заросло грязью и пылью, что не было ни одного предмета, на котором нельзя было бы написать пальцем «Дурак». И она кое на чем уже написала.

Право же, я иногда думаю, что от детей больше расстройства, чем радости.

Она ставила двойную заплатку на коленки (господи, как они обращались со своими коленками!) или брала корзину с их носками, в каждой пятке — по огромной дыре. При этом она говорила взрослым «маминым» голосом: «Право же, временами я думаю, что старым девам можно позавидовать».

Теперь вы сделайте окно, и будет все в порядке. В него пускай глядит сирень, а из него — ребятки.

Миссис Дарлинг любила, чтобы все в доме было, как надо, а мистер Дарлинг любил, чтобы было не хуже, чем у людей.