Тараканы

В сумерках он обнаружил, что по мойке кто-то ползает, что там снуют какие-то усики. Ага, таракан. Здоровенный, размером с большой палец, с оранжевой полосой на спинке. Таких Харри в жизни не видывал, но на самом деле ничего тут особенного не было: где-то он читал, что в мире существует более трех тысяч видов тараканов. Он читал также, что они прячутся, когда чувствуют вибрацию от приближающихся шагов, и там, где ты видишь одного таракана, скрывается еще десять. Значит, они тут повсюду. Сколько весит один таракан? Десять граммов? И если в щелях и за столешницами попряталась добрая сотня, то можно смело утверждать, что во всей квартире их наберется больше кило. Он поежился. Что они напуганы еще сильнее, чем он сам, — слабое утешение.

Проводка перегорела, когда Харри сунул ножницы в розетку, поэтому они вновь сидели при неровном свете стеариновой свечи. Лёкен откупорил бутылку «Джима Бима».

– Что морщитесь, Холе? Запах не нравится?

– Запах тут ни при чем.

– А вкус?

– И вкус отличный. Мы с Джимом старые друзья.

– Понятно, – сказал Лёкен и опрокинул в себя рюмку. – Но теперь вы с ним не дружите?

– Говорят, он плохо на меня влияет.

– С кем же вы водите компанию теперь?

Харри поднял бутылку кока-колы.

– С американским культурным империализмом.

– Что, завязали?

– Осенью пил пиво.

Лёкен усмехнулся. Ласково и уверенно, как Эрик Бю в своей телепрограмме.