Le Comte de Monte-Cristo II

– Я в самом деле хочу побывать в Париже, мне даже необходимо это сделать.
– И когда же?
– Когда вы сами там будете?
– Я? – сказал Альбер. – Да недели через две, через три, самое большее, – сколько потребуется на дорогу.
– Ну что ж, – сказал граф, – даю вам три месяца сроку; вы видите, я не скуплюсь.
– И через три месяца вы будете у меня? – радостно воскликнул Альбер.
– Хотите, назначим точно день и час свидания? – сказал граф. – Предупреждаю вас, что я пунктуален до тошноты.
– День и час! – сказал Альбер. – Великолепно!
– Сейчас посмотрим.
Граф протянул руку к календарю, висевшему около зеркала.
– Сегодня у нас двадцать первое февраля, – сказал он и посмотрел на часы, – теперь половина одиннадцатого. Согласны ли вы ждать меня двадцать первого мая в половине одиннадцатого утра?
– Отлично! – воскликнул Альбер. – Завтрак будет на столе.
– А где вы живете?
– Улица Эльдер, двадцать семь.
– Вы живете один, на холостую ногу? Я вас не стесню?
– Я живу в доме моего отца, но в отдельном флигеле, во дворе.
– Прекрасно.
Граф взял памятную книжку и записал: «Улица Эльдер, 27, 21 мая, в половине одиннадцатого утра».
– А теперь, – сказал он, пряча книжку в карман, – не беспокойтесь, я буду точен, как стрелки ваших часов.

Господин де Бовиль, как мы уже сказали, из учтивости и чтобы не мешать воспитаннику аббата Фариа в его розысках, сидел в углу и читал «Белое знамя». Поэтому он и не видел, как англичанин сложил и спрятал в карман донос, написанный Дангларом в беседке «Резерва» и снабженный штемпелем марсельской почты, удостоверяющим, что он вынут из ящика 27 февраля в 6 часов вечера. Впрочем, если бы он и заметил, то не показал бы виду, ибо придавал слишком мало значения этой бумажке и слишком много значения своим двумстам тысячам франков, чтобы помешать англичанину, хотя его поступок и нарушал все правила.
– Благодарю вас, – сказал англичанин, с шумом захлопывая папку. – Я нашел все, что мне нужно. Теперь моя очередь исполнить свое обещание; сделайте просто передаточную надпись, удостоверьте в ней, что получили сумму сполна, и я тотчас же ее вам отсчитаю.
И он уступил свое место за письменным столом де Бовилю, который сел, не чинясь, и поспешно сделал требуемую надпись, между тем как англичанин на краю стола отсчитывал кредитные билеты.

– Ваше величество, узурпатор покинул остров Эльба двадцать восьмого февраля и пристал к берегу первого марта.
– Где? – быстро спросил король.
– Во Франции, ваше величество, в маленькой гавани близ Антиба, в заливе Жуан.
– Первого марта узурпатор высадился во Франции близ Антиба, в заливе Жуан, в двухстах пятидесяти лье от Парижа, а вы узнали об этом только нынче, третьего марта!.. Нет, милостивый государь, этого не может быть; либо вас обманули, либо вы сошли с ума.
– Увы, ваше величество, это совершенная правда!
Людовик XVIII задрожал от гнева и страха и порывисто вскочил, словно неожиданный удар поразил его вдруг в самое сердце.