Гамлет, или Долгая ночь подходит к концу

<p>Альфред Дёблин - один из крупнейших немецких прозаиков XX века. Данная книга - последний роман писателя. Тема романа - суд молодого поколения над современным буржуазным обществом и всей системой его ценностей.</p>

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

52 оценки

5
50%
4
35%
3
13%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 59Хотят прочитать 306

Рецензии

Anastasia24610 марта 2024 г.
Самая долгая ночь однажды подходит к концу, но это там, где-то дальше (когда еще будет?), а сейчас - та самая ночь, черная, безысходная... На подмостках судьбы - разворачивающаяся пьеса, уж коль скоро в афише крупными буквами "Гамлет" (пусть и новый, в современном звучании и актуальный), то однозначно - трагедия. Трагедия одиноких, потерянных, разобщенных, разочаровавшихся - в мире, в себе, в других.
Ночь. Не зажигайте свечи. Лучше думается в темноте. Ступайте осторожно, чтобы не потревожить их хрупкий и недолговечный пока еще покой...
Место действия - просторная вилла для одной семьи, где все к вашим удобствам. Обратите внимание: удобствам тела, не души.
Время действия выберите сами, книга актуальна как никогда...
Задержите свой взор на главных действующих лицах - красивых, одухотворенных, юных и зрелых, в этом (полном) составе вы их можете впоследствии больше не увидеть: жизнь, знаете ли, слишком скоротечная штука, переменчивая. Так что наслаждайтесь моментом.
Он, напряженно всматривающийся в темноту, с томиком Кьеркегора в усталых руках, юный, но уже многое повидавший и переживший в свои двадцать лет, с морщинкой меж нахмуренных бровей, допытывающийся до правды. Физическая боль не заглушает душевной, часть души, кажется, и вовсе отмерла - там, на крейсере, после удара бомбы, когда погибли товарищи, а он потерял ногу. "За что?" - летит немой упрек в небеса. Следом - не менее категоричное и столь же риторическое по сути: "Кто виноват?" Кто виноват в том, что ты стал таким - калекой, только-только начинающим жизнь?.. Почему - ты, а не они? Почему именно тебя неотступно терзают сейчас страшные и странные видения, а им - спокойно? Почему никто не может понять, что чувствуешь? Хочется начать жизнь, а она уже словно и закончилась. Мертвецы приходят во снах, философия не спасает. Зачем ты здесь? В кругу родных, которые не очень-то тебе и рады: сторонятся, придумывают новые способы лечения, ставят на тебе доморощенные эксперименты. А ты упрямо ищешь правды - ту спасительную палочку, за которую так хочется подержаться. Почему мир стал таким? Куда делась изначальная гармония, да и была ли она когда-то? За что умирал там, за что умирали твои друзья? За кого?
Зачем тебе правда, Эдвард? Ты думаешь, это что-то даст? Или что-то изменит в твоей нынешней жизни? Оглянись на родных немедленно - не было в мире гармонии, раз не было ее даже в твоей собственной семье. Не все вопросы можно задавать - можно обнаружить запретное.
Далее прожектором нашего внимания освещается новое лицо. Она, робко глядящая на своего первенца, наконец-то вернувшегося к ней оттуда, откуда не все возвращаются. Она слишком многое отдала, чтобы спасти. Она забыла, о чем мечтала когда-то в юности. За что полюбила своего писателя. Душевные силы оказались исчерпаемы, эксперимент на сыне повлиял и на нее. Элис Эллисон, приятно познакомиться. Действительно, кстати, приятно: столь ярких героинь в мировой литературе еще поискать. Она не то, чем кажется. Застенчивое существо, которое вмиг вынет душу, берегитесь: в тихом омуте... "Верните мне сына", - рефреном, громко и с надрывом. Он должен принадлежать лишь, одной, всегда. Она не отдаст его Богу - не так просто, она еще поборется, она еще покажет себя. Громкий ропот и тихие всхлипывания - слов, как всегда, не разобрать, но не будьте столь суровы с этой тридцативосьмилетней женщиной - судьба ее не была проста.
А сейчас, приглядитесь, на сцену не спеша, грузным шагом выходит он, успешный писатель (да-да, вы наверняка читали или слышали о нем, ему поют дифирамбы везде - только не в собственной семье), Гордон Эллисон, так упорно отгораживающийся от очевидного, а очевидное вдруг пришло в его дом вместе с изувеченным сыном. Он, любивший одну, а их в ней оказалось слишком много. Находка для писателя - и наказание для мужчины. У него своя война все эти долгие двадцать лет: непрекращающиеся сражения с любимой женщиной, застрявшей то ли в детстве, то ли в фантазиях, то ли в капризах, женщиной, способной поставить на колени, но ее - никогда... Он вышагивает молча, забывший, кажется, о чем хотел поведать, безнадежно уставший от всего.
А вот и она, семнадцатилетняя, очаровательная, тоже повидавшая фронт и тоже так и не понявшая толком, что такое - семья Эллисонов. Вернулся ее брат - живой! - радости только нет, предчувствия отчего-то гложут душу... Вот у кого из присутствующих жизнь действительно только начинается, а оттого - непререкаемая уверенность в себе и желание обвинить оставшихся. Голос громкий, интонации резкие, движения порывистые. Приготовьтесь к упрекам.
На огонек к Эллисонам заглянул Маккензи, брат Элис, с виду - профессор, умный, суховатый в суждениях, интеллигентный, ему тоже пока невдомек, что творится в этом доме, с виду таком респектабельном, таком уютном, его тоже одолевают сомнения и предчувствия: что-то страшное спешит в этот дом, неотвратимое, как гроза, когда уже ни спрятаться, ни скрыться.
Именно мы и станем свидетелями этой бурной освежающей грозы в почтенном добропорядочном семействе. Начинающийся как антивоенный памфлет роман плавно перетекает в сферу семейно-бытового, невероятно напряженного и драматического при этом. Думается, то и была любопытная, небанальная задумка автора: мы не можем разобраться с собственными близкими, не можем наладить с ними отношения, чего уж говорить о людях посторонних, с себя нужно начинать. Всегда.
Он докопается до правды. Упрямый он, этот Эдвард. Разбередит болото из лжи, плетенной годами. Он узнает то, что знать не следовало. Он еще сто раз, если не больше, пожалеет, что заварил когда-то эту кашу.
Поздно. Слишком поздно. Ночь, пока мы говорили и наблюдали за представлением, подошла к концу. Рассвет обжигает. Мы видели все - слезы и кровь, охлаждение, неприятие, старые тайны, вынутые на поверхность.
Мы были ошеломлены происходящим, мы и предположить такого не могли!.. Сюжетные кульбиты порою сводили с ума: полноте, бывает ли такое? Бывает и не такое...
Больной выздоровеет, здоровая заболеет. Вездесущий мир успеет еще тысячу раз сойти с ума, прежде чем мы дочитаем эту долгую, как ночь, книга. Невообразимо долгую и столь же невероятно прекрасную. Найденную (в моем случае) почти случайно - в подборке похожих книг. Искала нечто похожее на фаулзовского "Волхва", не скажу, чтобы так уж похоже - ни по стилистике, ни тем более по сюжете, но вот по накалу эмоций, по силе впечатлений, по масштабу и панорамности, по философской глубине - очень даже. В своих эмоциях книга просто утопит, взорвет, как та самая бомба из начала романа... Оценкой в пять баллов из пяти не удивлю - хотелось поставить и десять.
А они тем временем пойдут, взявшись за руки, навстречу новому миру - не тому, прежнему, брат и сестра, наконец-то узнавшие самую главную - самую страшную - правду в их жизни...
Читать далее
235
1,1K
AyaIrini22 февраля 2023 г.
Канва романа довольно мрачная: и из-за грустных событий, связанных с войной, и ее последствиями, и из-за личных трагедий, переживаемых героями. Эдвард потерял ногу и пребывает в стрессе, он полностью утратил интерес к жизни. Лечащий врач настаивает на том чтобы парень оставался в больнице и пытается убедить в этом мать, настойчиво добивающейся его выписки. Доктор прямо так и говорит, мол, вы не выдержите мучений, Эдвард обязательно будет отыгрываться на близких. Как бросить собственное дитя на произвол судьбы? Каждая мать поступила бы так же как героиня и забрала бы сына домой! Правда, позже меня смутила мысль, посетившая Элис: "Как хорошо, что ты ходишь на костылях, я благословляю их. Только благодаря костылям я заполучила тебя в этот дом". Что это? Проявление безграничной материнской любви или что-то другое?
Отец Эдварда сделал вывод, что его сын пытается найти виновных в той массовой бойне, где он пострадал, то есть, найти виновных в его личном несчастье. В поисках способа донести до сына житейские мудрости, Гордон пришел к мысли организовать посиделки, во время которых, рассказывая различные истории, участники могли бы выразить свою точку зрения по разным вопросам и через дискуссию приблизиться к некой истине. Эдвард действительно что-то ищет, но не совсем то, что представляет себе его отец.
Сначала я не очень впечатлилась происходящим, тем более что мне были совершенно непонятны мотивы людей, которые внушали Элис отказаться от Эдварда, поместить его клинику. Очень удивило, что среди этих людей оказались и довольно близкие родственники. Кроме этого, я долго не могла сообразить какую именно правду пытается выяснить Эдвард, попеременно донимая всех родных и зачем он это делает.
Интерес к чтению появился когда Гордон начал рассказывать первую историю о принцессе из Триполи и трубадуре, воспевающем ее красоту. Нет, Гордон вовсе не пересказывал то, что всем известно сейчас, он, наоборот, попытался открыть слушателем нечто скрытое от них, то, что осталось, так сказать, "за кадром" официальной версии. Так я постепенно "вошла во вкус" и даже хохотала в голос, читая про злоключения Жофи, написанные в стиле плутовского романа.
Жофи передал эстафетную палочку королю Лиру и Шекспиру (но не тому, о котором все подумали), затем на страницах романа появились Микеланджело, Плутон и Прозерпина, Феодора и Персефона, ну, и Гамлет, конечно. Именно истории из жизни известных литературных, мифологических и исторических персонажей, придуманные и озвученные автором, мне больше всего понравились в данном произведении. А вот метания Эдварда и драма семьи Эллисонов оказались не совсем убедительными и остались для меня на втором плане, к сожалению.
Читать далее
45
347
Rosio19 августа 2019 г.
Подмостки и жизнь, фантазии и реальность
И что это делало в моем више? Чёрт его знает. Где-то увидела, когда-то добавила и вот оно вылезло. Нет, не жалею. Нет, книга хороша. Только вот читать я её взялась не вовремя. Не попала она ни в настроение, ни в тот ритм, в котором я сейчас читаю. Эта книга - несколько историй в одной, но в тоже время эта единая история.
Эдвард Эллисон вернулся с войны калекой, пережив страшнейшие минуты и потерю того, за кого взял на себя ответственность. Его физическое состояние выправилось, но душевное оказалось ни к черту. Попытки использовать гипноз привели только к небольшому улучшению. Врачи советуют дальнейшее лечение в клинике, но мать настаивает на возвращении сына домой. Настояла. Сын вернулся и превратился в настоящего тирана. Он ищет виновного. Он не может отпустить. Он испытывает чувство вины. И ищет виноватых в тех, кто чувства вины не испытывал. Молодая и привлекательная Элис - мать Эдварда и его сестры Кэтлин, также прошедшей войну, не знает что делать. Гордон Эллисон - знаменитый журналист и писатель, по совместительству отец семейства, чувствует себя некомфортно в собственном доме. Это человек, чья хата всегда с краю. Он живёт в своих вымышленных мирах, поэтому стал и сам "многоликим". Он находит выход в фантазии, он ставит её во главу угла. С помощью фантазии он хочет добиться правды. Он собирает компанию из родных и знакомых, которые рассказывают разные истории, пытаясь через них передать что-то своё.
И вот рассказ за рассказом. История в историях. История превращается в притчу, в миф, где фантазия переписывает как известные сюжеты, так и жизненные ситуации, внутренние эмоции, чувства. Но тут сидят аналитики. Выныривая из каждой новой рассказанной истории начинаются копания и споры. Люди собрались же умные. Они же не могут так просто взять и принять то, что им рассказали, поверить в то, что это вот так и есть. Нет, будут споры, споры, споры. Ведь у каждого своё мировоззрение, своя логика, свой взгляд на всё. На фантазию. На пассивную и активную позицию. На пацифизм. На причины и виновников войны. На чувства матери. На "закулисье" и людей-марионеток". И так далее, и тому подобное. Сами притчи очень интересны.С отсылками к мифам и литературным произведениям. Да и темы нужные, важные и вечные. Но сколько ж тараканов обнаруживается в головах участвующих, сколько ж их там позаводили-то...
Воображение, химеры, порожденные собственной фантазией, самокопание, самоедство, поиски правды. Ок, покровы будут сняты. Кто-то обретет душевное равновесие. Но на сцене развернется драма. Долгая ночь подходит к концу. "Гамлет" удовлетворен? А стоило оно того? Пришло разрушение вполне себе благополучного уголка. Кто теперь пошел войной и вроде как выиграл? И у кого?
Чувствуется, что автор связан с психологией, даже если не знать, кто он по профессии. Чувствуется, что тут заложена и его непростая история. Чувствуется, что тоже нужно отпускать, а тяжело, поэтому книга несколько затянута. Но всё равно она несомненно хороша. Жаль только, что я не очень люблю такую форму применительно к реализму - притчеобразную. И целостно у меня тут не сложилось - истории людей воспринимались отдельно, происходящее здесь и сейчас - отдельно. И ещё какая-то наигранность была. Хотя, тут обосновано, Гамлет же...
Читать далее
40
957

Все рецензии

Цитаты

Anastasia2469 марта 2024 г.
Земля готова приютить мертвецов, земля верна. Она поджидает нас. Мы можем на нее положиться. Она верна нам и приносит людям добро.
Как хорошо, что на свете существует земля. Она берет к себе все, что человек имеет - улыбку и слезы, танец и войну, борьбу и похвальбу, краски; она все стирает, все поглощает.
31
406
Anastasia2469 марта 2024 г.
Из ее жизни ушла любовь. Я хотел принести ей любовь, тысячу раз приходил к ней, предлагал себя. Она высмеивала мои попытки, возбуждала меня, дразнила, приводила в бешенство, а потом усмиряла. Она чувствовала себя хорошо только тогда, когда доводила меня до белого каления. О, что она сделала со мной?! Как извратила мой характер! Иногда я радовался возможности сесть за свой письменный стол, чтобы наконец прийти в чувство и выяснить, кто я на самом деле. Неужели я тот, кого Элис из меня делала?
30
212
Anastasia2469 марта 2024 г.
- Я не мог предложить ей нежную любовь, которую она, возможно, узнала - понятия не имею, когда и с кем. Ну хорошо, но коль скоро я не в силах был дать ей сладкую, нежную любовь, ей следовало понять, что я даю другую любовь, сильную, гораздо более сильную, наверное причинявшую боль, наверное даже пахнувшую кровью, моей принесенной ей в жертву кровью.
Да, мне было трудно побороть себя. Я не мог ничего поделать с собой. Она, и только она, должна была избавить меня от меня самого. Я знал - она может вернуть мне собственное "я", она - моя дорога к собственному "я", единственная дорога, но она опустила решетку. Мне приходилось либо ломать решетку, либо насильно перелезать через нее.
Читать далее
28
158