Цитаты из книги Die Geschichte der Baltimores

– Вы за это заплатите! – Это что, угроза? – Нет, обещание.

– Отличные вы мальчишки, – сказал он. – Родители небось вами гордятся. – Мои родители – мудаки, – любезно пояснил Вуди. – Ага, – подтвердил Гиллель. – Я даже одалживаю ему своих.

Только в книгах Все можно стереть, Все можно забыть. Все можно простить. Все можно восстановить.

- Маркус, ну зачем вам то старье? У вас великолепный дом, а вы его превращаете в какую-то барахолку.

• Просто на память, Лео.
• Память, она в голове. А все прочее - ненужный хлам.

книги сильнее жизни. Они – самая прекрасная победа над ней. Они – свидетельства несокрушимой стены нашего духа, неприступной крепости нашей памяти.

Перестань говорить “Драма”, Маркус. Нет никакой Драмы с большой буквы, есть разные драмы. Драма твоей тети, драма твоих кузенов. Драма жизни. Драмы были и будут, и все равно придется жить дальше. Драмы неизбежны. И по сути, не так уж они и важны. Важно то, как удается их преодолеть.

Когда-то звездами в Америке были космонавты и ученые. А теперь наши звезды ничего не делают и целыми днями фотографируют - то себя, то свою еду.

В книгах те, кого больше нет, встречаются снова и обнимают друг друга.

"Почему я пишу? Потому что книги сильнее жизни. Они - самая прекрасная победа над ней. Они - свидетельства несокрушимой стены нашего духа, неприступной крепости нашей памяти."

Многие из нас пытаются придать своей жизни смысл, но наши жизни имеют смысл, только если мы способны исполнить три назначения: любить, быть любимыми и уметь прощать. Все остальное - пустая трата времени.

Мы бросились друг другу в объятия и долго изо всех сил сжимали плотный ком своих тел, мышц, костей и сердец.

Сюжет – это какое-нибудь событие, и оно может случиться в любую минуту.

Она говорила, а я пил ее слова.

- [...] Мечтай, и мечтай о великом! Потому что выживают только самые великие мечты. Остальные смывает дождь и уносит ветер.

Многие из нас пытаются придать своей жизни смысл, но наши жизни имеют смысл, только если мы способны исполнить три назначения: любить, быть любимыми и уметь прощать. Все прочее – пустая трата времени.

Писать книгу – это как открыть летний лагерь. В вашу одинокую мирную жизнь вдруг без предупреждения врывается целая толпа шумных персонажей и переворачивает все вверх дном. Приезжают поутру, вываливаются из большого автобуса, возбужденно галдят, готовясь сыграть свои роли. И никуда вы не денетесь: придется о них заботиться, кормить их, расселять по комнатам. Вы в ответе за все. Ведь вы же писатель.

Облегчаться он уходил так, словно надолго уезжал. Стоя с газетой под мышкой, извещал всех: "Иду в туалет". На прощание целовал бабушку в губы, а она говорила: "До скорого, дорогой".

– Я скучаю по тебе, Сол. Скажи, что ты опять любишь меня. Скажи то, что говорил тридцать лет назад. – Дорогая, если ты скучаешь, давай заведем собаку.

“Знаешь, мама, друзей булочками не купишь”

“По-моему, это ненадолго”, – заявил он тоном знатока. Через несколько минут дождь хлынул с удвоенной силой. По ветровому стеклу и окнам струились потоки, скрывая их с Анитой от любопытных глаз. Сол погладил ее пальцы, она взяла его за руку, и они поцеловались. С того дня они целовались по крайней мере один раз в день на протяжении тридцати пяти лет.