Мост через Бездну. Импрессионисты и XX век

Сказать, что я удивлена тем, с чем мне не повезло столкнуться на страницах этой книги – ничего не сказать. Следует, наверное, прежде упомянуть, что до "Моста через бездну" я прочитала книгу Михаила Германа об импрессионизме и осталась в восторге от красноязычия и познаний в области искусства автора. Что же мы видим в "произведении" Паолы Дмитриевны? А ни-че-го. Такое ощущение складывалось, что это какая-то стенограмма с лекций или передачи (возможно, так и есть). Писательским талантом тут и не пахнет. Однако, если это книга претендует на то, чтобы быть научным трудом, так тут столько тавтологии, повторений одного и того же (мне иногда казалось, что у меня дежавю), что просто начинает голова идти кругом. Что еще меня неприятно поразило, так это то, что единство мысли как таковой тут отсутствует: и в целостном плане, и даже в отдельных абзацах. Например:

Есть еще один идеальный импрессионист – это Клод Моне. Он является трубадуром Эдуарда Мане, великим исполнителем, прошедшим его школу. А «Батиньольская школа» – это и есть парижская новая школа. У Мане было еще одно очень странное качество. Он был иллюстратором жизни. Его картины – это самые настоящие иллюстрации. Молодой человек в белых брюках – это иллюстрация, балкон – это иллюстрация… Это сама жизнь. Мане выводит в картинах все образы жизни, которые его окружают.

И зачем надо было упомянать в одном предложении Клода Моне, чтобы потом вновь продолжить рассказ о Эдуарде Мане? Некоторые моменты меня и вовсе смешили:

Граф Тулуз-Лотрек, который мог жениться на самой красивой и богатой женщине, предпочитал проституток. Ему нравилось жить по-другому. У него не было комплексов. Мы психологически неправильно его расцениваем. Это был последний крестоносец. Нам за него стыдно, а ему было весело.

Последняя строка – это прямо финиш. И вообще, в книге огромное множество вопросов, на которые ответы не даны. И связь между импрессионизмом и 20. веком совершенно не описана! Так для чего и кому читать эту книгу, я не знаю. Человека, не разбирающегося в истории искусства, эта книга особо не просветит, лишь запутает. Человека, который разбирается, – повергнет немного в диссонанс. Так что, я очень разочарована и немного сожалею, что приобрела другую книгу Паолы Дмитриевны. Хотя есть небольшая надежда на то, что там будет все более систематизированно и грамотно изложено, чем здесь.

Слово "нравится" категорически запрещено в искусстве. Нравиться может девушка, закуска к водке. А искусство - это вопрос подготовленности: насколько вы готовы к определенному уровню или наскоолько искуссво готово к вашему восприятию.

Если вы с трудом можете отличить Мане от Моне - эта книга для вас. Если все, что вы знаете о Ван Гоге - это история что где-то зачем-то он отрезал себе ухо, и да, нарисовал какие-то некрасивые, но известные подсолнухи - эта книга и для вас тоже. Если при упоминании "Черного квадрата" Малевича вы продолжаете ворчать, что и сами нарисуете не хуже, а может и ровнее - читайте обязательно. Если Пикассо для вас тот, кто может рисовать только угловатые кляксы - тоже дерзните. Если импрессионизм для вас - это переоцененная мазня, точно стоит прочитать.

Но вот если вы хотя бы краем уха слышали об импрессионизме или интересовались историей жизни кого-то из его видных представителей - дело швах. Не могу обещать, что вам понравится или того, что вы почерпнете что-то новое. Сразу оговорюсь, что я в живописи не особо разбираюсь. Но некоторых импрессионистов нежно люблю, поэтому полнейшим профаном себя осмеливаюсь не считать.

Дело не в том, что Паола Дмитриевна неинтересно вещает или пишет глупости, вовсе нет! Сначала даже было неплохо. Книга бодренько стартовала с Мане, вводя в курс дела того, кто такие, собственно, импрессионисты и откуда они взялись. Имя цепляется за имя, картина за картину - раскручивается взаимосвязь и взаимное влияние художников как друг на друга, так и на искусство того периода в целом. Но в какой-то момент стройная цепочка путается и тут уже начинается полный раздрай. Паулина Волкова неустанно перескакивает от одного художника к другому - вот Ренуар, а вот Дега, а вот опять Ренуар, и снова Дега... Места, люди, картины - все сливается в одну кучу. Я-то рассчитывала разобраться для себя разложить все по полочкам. Но Паола Дмитриевна поломала мне и те полочки, что уже были. После прочтения в голове появился какой-то сумбур из имен, понятий, картин и дат.

Но хаотичность изложения не худшая из проблем этой книги. Я рискну-таки написать, что книга довольно поверхностная. Хотя, конечно, кто я такая, чтобы судить. Похоже на бесплатную замануху-лекцию к полноценному и платному курсу по искусству. Просто цветастый пробничек - насыпать побольше имен, ярких деталей и заинтересовать, но цельную картину - за отдельную плату. Глубокого анализа хот бы одного из художников нет - не надейтесь. Зато есть масса неважных деталей, повторов и воды. И это обидно, потому что перестаешь доверять автору. А ведь для такого рода литературы очень важен экспертный статус. Но когда читаешь что-то в таком духе:

Моне – удивительный художник, и вы вместе с ним попадаете в удивительное состояние. С его приходом произошла смена одного искусства на другое, одного языка на другой.

Двадцать пять слов, но ни грамма конкретики. Удивительный? Чем, почему? Что за состояние? Что за искусство? Студенты- гуманитарии так пишут, когда сказать нечего...

Короче, как затравка и первое знакомство с импрессионизмом книга более-менее подойдет. Но если вы (как я, например) рассчитывали, что узнаете что-то новое, а не прочитаете в очередной раз о том, что

Быстрые и светлые мазки, яркие краски и изображение природы – Моне

, а

Смурые цвета, черные контуры и грустные люди – Мане

, то найдите что-то другое.