Язык в действии: Руководство к ясному мышлению, чтению и письму

экстенсионально ориентированный человек руководствуется не только словами, но и фактами, к которым слова его привели. Но, предположим, что слов, чтобы нас направить, не было бы совсем. Смогли бы мы тогда направить себя к фактам? В подавляющем большинстве случает, нет. Прежде всего, наши нервные системы крайне несовершенны, и мы видим вещи только в рамках наших знаний и интересов. Если наши интересы ограничены, мы видим очень мало; человек, занятый поиском окурков на улицах видит мало от проходящего мимо мира. Кроме того, как известно, когда мы путешествуем, встречаемся с интересными людьми или участвуем в приключениях, оценить по достоинству которые, в силу нашего молодого возраста, мы пока не можем, мы часто чувствуем, что с тем же успехом всего этого могло бы и не быть. Сам опыт – это крайне несовершенный учитель. Опыт не говорит нам, что мы испытываем. Что-то просто происходит. И если мы не знаем, что стоит искать в нашем опыте, это что-то часто ничего для нас не значит.

Проблемы, которые человек испытывает в научении чему-либо на опыте, в обсуждениях, из исторических событий, из книг или от учителей, как правило, не возникают из-за сложности самих уроков. Скорее, они возникают из-за того, что перед тем как мы можем понять какие-либо новые идеи, нам приходиться отучаться от многих старых и дорогих нам унаследованных догм, чувственных привязанностей, предрассудков, излюбленных интеллектуальных клише, которые отрицают, искажают и заставляют нас недооценивать и не признавать уроки, которые мы получаем. Как сказал один американский комик: «Проблема большинства людей не в том, что они невежественны, а в том, сколько они знают того, что противоречит действительности».

Из-за того, что такие проблемы возникают с определённой периодичностью, многие из нас склоняются к выводам, что в «человеческой природе» имеются некие фундаментальные и непоправимые дефекты. О тщетности такого отношения едва ли стоит говорить. Многие современные исследования, в частности, в психологии, антропологии, лингвистике и литературоведении показывают нам природу и источник этих препятствий в механизмах нашего мышления. Разве мы не можем отыскать и устранить препятствия, чтобы механизмы работали эффективнее? Мы ругаем перегревшиеся двигатели не так часто, как людей с перегретым рассудком. Разве мы подбираемся к решению, когда ругаем друг друга за «недостаток морали», «глупость», «интеллектуальную лень» и за другие грехи.