Моя библиотека
GolcovaPolina
- 370 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
А вот это полноценная история. Даже несколько историй!
Кейн как будто постарел и вернулся в родные края, на малую родину, под сень таверны со стропилами из девонширских дубов.
И начал травить байки о своих приключениях. Опять, как и в балладе "Погибший друг", рассказ идет о подвигах и смерти сэра Ричарда Гренвиля, боевого товарища Кейна.
Жаркое морское сражение:
Потом делится историей о приключениях в дальних странах с чёрными князьями и царицами-вампирами.
Потом, несмотря на то, что герой утверждает, что он "стал староват для дальних дорог" происходит следующее:
Возможно, "призрачный зов" действительно был. А возможно, случился делириум тременс или обострение ПТСР.
Так или иначе, больше его не видели. Таверна, судя по всему, располагалась на берегу, бушевал ураган. Может быть, споткнулся, свалился с обрыва и канул в море.
Несмотря на рассвет романтизма в девятнадцатом веке, Говард, безусловно, был тонко чувствующим романтиком. Пусть несколько простоватым, американским. Но мне его искренность и безыскусность где-то милее британской манерности и декадентства Байрона, Блейка, Кольриджа и других поэтов кооператива "Озерки".
Прекрасная вещь! Вся суть приключенческой литературы в стихотворной форме и на трех страницах!
9(ОТЛИЧНО)

Сухопарый пуританин Соломон Кейн косплеит Геральта.
Смело идёт навстречу опасности. Побеждает призрака, вершит суд над убийцей и растлителем.
Пафосно и героически.
Надо чуть убрать скепсис и представить себя живущим век назад и читающим пальп-журнал, получишь немалое удовольствие.
7(ХОРОШО)

Красивая героическая баллада!
Настоящей дружбе даже смерть не помеха!
Битву с дикарями можно было бы и подробней расписать, но как зарисовка - прекрасно. Даже немного корявый перевод не портит стих.
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)

Один из крестьян хотел было ударить его по лицу, чтобы прекратить этот вой, но Кейн удержал его руку.
— Пусть его примиряется хоть с сатаной, благо к нему он, скорее всего, и отправится, — хмуро проговорил пуританин. — Солнце вот-вот сядет. Ослабьте его путы, так, чтобы к наступлению темноты он сумел освободиться. Все-таки негоже встречать смерть связанным, словно для жертвоприношения!
Когда они уходили, старый Эзра еще какое-то время издавал бессвязные, нечленораздельные, нелюдские звуки. Потом затих и лишь с ужасающей пристальностью вглядывался в заходящее солнце.

"Кейн услыхал тот призрачный зов,
Тот бестелесный стон,
И в глубине холодных зрачков
Вспыхнул былой огонь.
И Кейн оглянулся по сторонам,
Как будто бы в первый раз,
И вышел за дверь, где светила луна".

"На каждое наше по пятьдесят
Испанских было судов!
Сбитые мачты падали вниз,
Мечи ломались в руках".