Цитаты из книги Щиголь

От хороших дел не всегда бывает хорошее, а плохие - не всегда приносят плохое.

... мне сразу на ум пришла та библейская притча… Ну там, где управитель ворует у вдовы ее лепту, а потом сбегает в дальние страны, там эту лепту с умом вкладывает и привозит вдове обратно в тысячу раз больше денег, чем он у нее украл. А она принимает его с распростертыми объятьями, они забивают упитанного тельца и давай веселиться.

– Что-то мне кажется, это разные истории.

– Ну… воскресная школа в Польше, давно это было.

Отчего-то прилив энергии, на котором я бодро пробулькал все лето, в середине октября вдруг резко сплюнул меня в тоскливую изморось, которая тянулась во все стороны без конца и края...

«І хіба головна цінність речей — прекрасних речей — не в тому, що вони прив’язують тебе до якоїсь вищої краси?»

«Навіть знаючи лише копію, Пруст зумів переосмислити образ, переформувати завдяки йому реальність, внести щось власне у світ. Бо лінія краси завжди лишається лінією краси. Навіть якщо вона разів сто проходить через ксерокс»

«Бо якщо іноді добрі вчинки призводять до поганих наслідків, то де сказано, що вчинки погані не можуть призвести до наслідків добрих? Можливо, іноді погане — прямий шлях до добра? Ти обираєш погану стежку, проте вона тебе приводить туди, куди ти хотів»

«Або, якщо висловитись інакше, як я можу водночас бачити: все, що мені подобається і що я люблю, є ілюзією — і водночас знати: саме задля цього й варто жити? Джерело великого смутку, яке я лише починаю розуміти: ми не можемо обирати собі серця. Ми не можемо примусити себе прагнути до того, що добре для нас або для інших людей. Ми не обираємо, якими ми є.»

Забрал у тебя самое дорогое. Как же я мог так с тобой обойтись, ведь я всегда желал тебе только хорошего?

...можливо щастя, як i нещастя, потребуэ певного часу, щоб поринути в нього. Спочатку ти нiчого не вiдчуваеш. Вiдчуття приходить пiзнiше. (Теодор Декер. 'Щиголь' Донна Тартт)

Иногда чтобы выиграть, надо проиграть.

Пошатываясь, я встал и подошел к окну. Колокола, колокола. Белые, пустые улицы. На черепичных крышах посверкивал иней, по Херенграхту кружился и разлетался снег. Стайка черных птиц, каркая, вспорхнула над каналом, замельтешила в небе, размашистые косые взмахи и рябь единого разумного целого, разошедшегося кругами во все стороны — и это их движение словно бы передалось мне на клеточном уровне, белое небо, вихрящийся снег, неласковый, порывистый ветер поэтов.

Пару раз я, конечно, прокалывался — скатывался неожиданно в ту область, где все за пару жутких секунд могло рвануть из-под контроля, раз — будто ноги разъехались на ледяных мостках и я уже вижу, как быстро, как легко все может полететь в тартарары.

Обычный день, который теперь торчит из календаря ржавым гвоздем.

Ми не можемо обирати, чого нам хочеться, а чого не хочеться, й ось вона, тяжка й неприємна правда. Іноді ми хочемо того, чого хочемо, навіть якщо знаємо, що воно нас уб’є. Ми не можемо втекти від самих себе.

Я часто думал о том, что сказал Хоби – о тех образах, что поражают нас в самое сердце, образах, что дарят нам проблеск красоты куда более безграничной, которую можно потом проискать всю жизнь да так и не обрести снова.

Все гибнет – творенье и мастерство.

Искусство нам дано, чтобы не умереть от истины.