Катаев. Погоня за вечной весной

Люблю сочную прозу Катаева. В детстве бесконечно перечитывала «Белеет парус» и «Хуторок в степи», в юности — «Алмазный мой венец» и прочий мовизм. Наконец-то появилась полная биография писателя! Прямо подарок.

К тому же книга о Катаеве — она не только о Катаеве, это еще и Бунин, Маяковский, Есенин, ну и вся советская литература. Тот случай, когда человек в России жил долго, несмотря ни на что, и биография охватывает головокружительный период от дореволюционного начала 20-го века до 80-х годов и перестройки.

Катаев — один из очень немногих солнечных русских писателей, их по пальцам пересчитать, и мне хотелось понять секрет его молодости: как удалось не просто выжить и сохранить вкус к жизни, но и талант, и желание и способность творить до глубокой старости.

«Почему первоклассный писатель забыт? Вопрос. Или подзабыт?.. Все равно вопрос. Литература-то бесспорная»

Само по себе примечательно, что за два года - 2015 и 2016 - вышло две катаевские биографии (первую написал В. Огрызко: «Циник с бандитским шиком»); по слухам, на подходе третья! Это, прежде всего, говорит о том, что повеяло «советским ветерком», а уникальный опыт физического и к тому же весьма комфортного выживания Катаева просто незаменим. Правда, стоит ли его повторять? Сергей Шаргунов неожиданно написал очень удачную, я бы даже сказал, честную книгу о жизни и творчестве В. Катаева; есть и научные открытия. В отличие от многих своих коллег по цеху Катаев любил писать; в частности, об этом свидетельствует А. Нилин («Станция Переделкино: Поверх заборов»). За это писателю многое простится, хотя, конечно, не всё... Катаев был замечательным стилистом, новатором, мифотворцем: читайте «Алмазный мой венец» и «Траву забвенья». Сохранилась запись встречи писателя в концертной студии «Останкино» в 1978 году, когда он с удовольствием мистифицирует зрителей, пересказывая легенды из собственных произведений. Никто из живых уже не мог его опровергнуть… Собственно биография, написанная Шаргуновым, выполняет свою главную задачу: после её прочтения хочется взять с полки/купить Катаева. Например, я с удовольствием прочёл «Святой колодец», послушал авторское исполнение первой части этого произведения. И можно только сожалеть, что в своё время из программы школы был исключён «Белеет парус одинокий».

В центре поместили фотографию писателя, под которой был указан год рождения и через черточку – год смерти. Черточка была короткая, а жизнь Гл. Бородаева была очень длинная. А. Алексин Кюре из Бре несколько раз переходил из католичества в протестантство и обратно. Когда друзья удивились его непостоянству, он воскликнул: "Это я-то непостоянен? Ничего подобного. Мои убеждения всегда неизменны: я хочу оставаться брейским кюре." Шамфор

Юноша, который провёл полгода под угрозой расстрела и в душе навеки умер. И 89-летний старик, который заканчивал свои дневниковые записи словом "Живу!". Гуляка, не вылезавший из ресторанов, заказывавший самые дорогие марки шампанского. И писатель, маниакально переписывавший каждую вещь от руки по три раза. Человек, ловко вырвавший у Эренбурга дачу в Переделкине, жаловавшийся, что отложенная публикация продолжения "Белеет парус одинокий" - это украденный у него миллион. И великодушный товарищ, который столько раз помогал устроить, опубликовать, отредактировать, и даже однажды (а, может быть, и не однажды) оплативший друзьям несколько дней пребывания в Париже.

Широк человек. Хотя вопреки Достоевскому - лучше не сужать, ибо только эта "широта" и помогла выжить бывшему белогвардейцу в советской элите.

Книга, несмотря на почти 700-страничный объём, читается с неослабевающим интересом. Наряду с хронологическим рассказом о жизни Валентина Катаева, в биографии много и тематических глав, посвящённых отношениям Катаева с разными писателями - Зощенко, Булгаковым, Солженицыным. Мне лично очень симпатична точка зрения автора, С. Шаргунова: объективная доброжелательность, попытка понять своего героя, не рассматривать его с точки зрения какой-то партии - белых, красных, либералов, консерваторов. Кто смог бы поступить иначе на месте Катаева? И как? Друг, с которым я обсуждала эту книгу, сказал, что чтобы быть таким приспособленцем, каким был Катаев, нужно было иметь незаурядный ум и крепкие нервы, не метаться и не впадать в панику.

Катаев, как с негодованием сообщал кто-то из его знакомых советского времени, очень ценил Набокова. Смог бы сам Катаев жить за границей? Конечно, смог бы - выжил бы где угодно, и свой "миллион" (о котором писал Бунин) заработал бы в любом случае. Но не захотел. И нет, не потому, что его свалил тиф незадолго до бегства из Одессы других эмигрантов (в том числе Бунина).

- Мальчик-Который-Выжил... Нам нужны не мальчики-выживальчики, а мальчики-с-кредитной-карточкой! (перл из фанфиков:)))

Резюме: очень интересная книга - история не только выживания, но и получения любых советских "карточек" - ордена Ленина, Ленинской премии, Трудового Красного знамени и даже Дружбы народов. Ну и где-то ещё два Георгия завалялось и сабля "За храбрость". Одна из лучших биографий за последнее время (а я люблю этот жанр:))