Бабуся на яблуні

каждый человек имеет право быть собой, но никто не имеет права думать только о себе

Только одну кастрюльку они вдвоём с Марианной так и не смогли отчистить. И засунули её под плиту. Туда, к самой стенке, чтобы её не было видно.

— Ты служила в цирке? Что же ты об этом не рассказываешь? А кем ты там была? Наездницей?
— Всем по очереди. И наездницей, и на трапециях работала, и ножи кидала. Вот
только сабли не глотала: уж очень они невкусные и от них в животе такой холод!

твои шаги звенят, как дождевые капли. как дождевые капли, когда они медленно падают с персикового дерева

Правда, улыбка была поддельная, но Марианна осталась ею довольна. Ступенька за ступенькой она поднималась всё выше, неся свою улыбку, словно наполненный до краёв кувшин с молоком. «Только бы донести!..» Она думала: «Вечером в постели спрячу голову под подушку и наревусь досыта!» «Только бы донести!..» Она улыбалась.

Жизнь имеет множество прекрасных сторон, дети. Множество прекрасных сторон! Нужно только раскрыть глаза и их увидеть!

У фазана очень красивый хвост, и он неглупая птица, но в субботу он никогда не знает, что сегодня суббота. А если спросить кенгуру, ежа или акулу: «Сегодня у нас суббота?», они вообще промолчат.

Без четверти девять всё у них было готово. И вот они спустились по лестнице, очень гордые своими успехами.
В парадном Марианна сказала:
— Знаешь, папа, давай вернёмся домой и удивимся, какой там порядок. Как будто мы мама.