Лекция «Крым и Грин»

Вообще все лучшее у меня написано в Крыму. Набоков говорил "На востоке моего сознания темнеет пятно - это Россия". Вот теперь на юге моего сознания темнеет пятно... Каке-то было ощущение непрерывного блаженства. Все лучшее я написал в Крыму. Где я теперь буду это писать? И где теперь мне будут приходить эти мысли, совершенно не понятно. Потому что я в этот Крым, опоганенный сделками, раздорами, репрессиями уже сейчас - я не знаю как в него ехать? Для меня Адалары - явление гриновское, вне временное, а сейчас это явление, привязанное навеки к 2014-му году, потому что Адалары - тоже "наши". И ничего худшего с ними случиться не могло. Потому что они не могут быть чьи-то. Они не были украинские. Они были в этом воздушном пространстве меж времени, безвременья. А сейчас они в конкретном - сейчас "Крым наш".

Удивительная штука - русская литература своих детей воспитывает плохо. Она как бы их сдала гувернантке - литературе западной. Если уж русская литература пишет про детей или для детей, то это обязательно какая-нибудь невыносимо печальная сказка вроде платоновской, над которой рыдает несколько поколений, или это "Гуттаперчивый мальчик". Которому еще хуже. У русской литературы очень мало авантюры, очень мало веселых приключений. Нет веселых и радостных книжек. Приключений мало. И даже в моем любимом цикле про Дениску Драгунского, там если что и происходит, то экзистеционально печальные вещи. Русская литература довольно таки трагична при всем своем юморе. А вот аромата счастливых приключений в ней нет. Может быть, потому, что ни у кого не хватает храбрости написать какого-то русского "Томика в стране кенгуру". Русский Томик, который поехал бы не в Австралию, а в Сибирь, например. И там увидел бы... туземцев. И они бы ему показали. Вот эта такая страшная жизнь, немножко напоминающая "Улитку на склоне". Вот этого про русскую деревню не написано, а ведь русская деревня это очень гриновский мир, полный ужаса. Но как-то русская литература этого не сделала и поэтому Грину пришлось добирать у французов, немцев и англичан.