Смена

Бедный мальчик! Он пришёл ко мне со слезами на глазах. «Я спасу вас, — уверила его я. — Я пойду к этому человеку... этому людоеду, этому чудовищу! Предоставь это Вере».

На нас таращились обшитые бархатом полочки, словно пустые глазницы, изумлённые своей пустотой.

— А кто из этих четверых людей, мистер Хардман, лично у вас вызывает подозрение?
— О-о, месье Пуаро, вот так вопрос! Как я уже говорил вам, все они – мои знакомые. Никто из них не вызывает у меня подозрений... и в то же время я подозреваю всех.

Ведь это так просто - быть русской беженкой или южноафриканским миллионером. Любая женщина может выдать себя за русскую княгиню; кто угодно может купить дом на Парк-лейн и назваться южноафриканским миллионером. Кто станет им возражать?

Сказать, что мне скучно, было бы слишком просто, но в том-то и дело, что я никогда не был очень простым.

[дневник Одиль]

— Слишком много читаешь, [...] Однажды ты поймешь, что жизнь не в книгах, они ничему не учат, а лишь забивают голову всякой ерундой.

Мне так хотелось ответить [...] но ведь Филипп прав: книги в жизни ни к чему, это лишь способ убежать от нее.

... позавтракал салатом и сыром. Сыр, увы, запивал водой. Для такого утонченного молодого человека, как я, это вредно сказывается на психике...

[дневник Одиль]

Мишель всю вторую половину дня провел, склонившись над бампером своей [...]; что там стряслось — не знаю. Стоит мне услышать слова «зажигание» и «свеча», как я тут же теряю нить разговора.

... [Франсуаза] из тех женщин, [...] которые не любят слабость, поскольку сами слабы, и не любят глупость, поскольку сами глупы.