Сказания Меекханского пограничья: Север - Юг

— Вархенн...
— Да, господин лейтенант ? — Покрытое татуировками лицо выглядело совершенно невинно.
— Если тотчас не начнешь рассказывать, мне придется представить кого-нибудь к повышению — сразу же после рапорта о трагической случайности, лишившей меня десятника.

Огромный монстр, с туловищем из нескольких старых бочек сложенных на телегу, крыльев из каких–то тряпок, и головой, состоящей из непонятных кусков чего–то, привязанного к дышлу, катился по лугу за маленькой фигуркой, держащей в руках веревочку, привязанную ко «лбу». Ребенок, заливаясь смехом, носился по траве, а несколько солдат в полной броне толкало за ней телегу, стараясь не отстать.

Мне сделать так, чтобы рота обрела такую же известность, как Черные Штаны? Это может занять всю мою оставшуюся жизнь. Причем довольно короткую, коли стану слишком стараться…

Кеннет не стал бы спорить из–за такого утверждения. Знал кличку каждого пса в роте как и имя каждого своего солдата. Для него они были такими же воинами как и люди. Ну, может, не напивались, и пахли получше некоторых солдат.

– В пустынях всего мира рассказывают сказку о том, что скорпион, окруженный огнем, вбивает ядовитый шип в собственный затылок, чтобы сократить мучения. Это – величайшая ложь об этом создании. Ни один из них так не поступит, поскольку это значило бы, что он – проиграл. А скорпионы не умеют проигрывать.

Наш маг не перенесет и грязь с одного кармана в другой. Не его специальность. С утра не могу с ним поговорить. Двери закрыты наглухо и он не отзывается.

Оба, человек и коза, были с ошалевшими глупыми лицами. Если можно так выразиться о козе.

– Лейтенант… – сказала она невинно.

– Да?

– Мое лицо на восемь дюймов выше.

– Говорят, что Горная Стража может идти три дня и три ночи, а потом биться так удало, словно солдаты выспались на пуховых перинах.

– И я слышал такие истории. В командовании Стражи есть несколько сочинителей, придумывают их на заказ.

– Я сам… тоже…

– Что тоже?

– На волынке играю.

Не только бард, но еще и музыкант.

– Жду не дождусь, хозяин, – он ободряюще улыбнулся. – Только вон того видите? – Показал на Велергорфа, татуированное лицо которого выделялось среди прочих. – Его отец и дядя играли во время сражений между кланами. Для него волынка святое, как услышит, что кто–то хоть малость сфальшивил, кидается с топором. Имейте в виду.