Цитаты из книги Dreamology

и они начали общаться так, будто знакомы всю жизнь. Словно ее резиновые сабо и его поношенные мокасины созданы для того, чтобы стоять напротив друг друга под кухонным столом.

– Не понимаю, почему всем так хочется, чтобы я все знала. Кто я, что хочу делать. Мне всего шестнадцать. Откуда мне знать? – говорю я. – Почему все считают, что в шестнадцать лет человек уже способен на серьезные решения?

Дела бывают либо «хорошо», либо «плохо».

То, что происходит в наших снах, – не наш выбор.

Удивительно, как такое незаметное движение может быть настолько важным. Мы можем грустить и переживать, но как только нас коснется кто-то любимый — и моментально становится легче.

Определись с тактикой, Макс. У меня такое ощущение, что я живу в каком-то вампирском романе, где ты боишься ко мне приблизиться, потому что у меня очень вкусно пахнет кровь.

— Вернись, пожалуйста, а? — зовет Макс. — Тридцать секунд назад лежать здесь было гораздо приятнее.

Когда мы с Джерри возвращаемся, я вижу, что «вольво» Макса припаркован у моего дома, а сам он ждет нас на ступеньках и держит четыре стаканчика кофе. — Я не знал, какой именно кофе ты любишь, — говорит он, пожимая плечами, когда мы подходим ближе. — Так что я это... взял все, что было.

Если вы наберете в Гугле "как склеить разбитое сердце", что я и сделала, пока чистила зубы, поиск выдаст вам столько результатов, что вы и за год их все не прочтете.

Не бойся идти к своей мечте... В конце концов, это все, что у нас есть. Кто мы без мечты?

Обычно, когда люди играют в гляделки, наступает такой момент, когда кому-то из них делается неловко, и он начинает говорить. Когда люди смотрят друг другу в глаза, они становяться уязвимыми.

Моя жизнь - это куча нестираного белья, увенчанная парой грязных носков.

Зачем пытаться объяснять такие случайные явления, как любовь? Ведь практически невозможно определить, что это такое.

От каменных стен эхом отдается низкое похрюкивание, и я замечаю маленького африканского бородавочника, он лежит около Макса и ласково на него смотрит. — Это еще кто? — спрашиваю я. — Это Агнес, — отвечает Макс. — Она ходит за мной еще с самого зала искусства Океании. Влюбилась, наверное. — В очередь, Агнес!

Если говорить максимально просто, мы определяем сны как последовательность образов, идей, эмоций и ощущений, неконтролируемо возникающих в сознании. Фрейд предположил, что именно в снах проявляются наши потаенные страхи и желания.

Наши сны — это наше с Максом единственное общее сокровище, недоступное больше никому. Скоро мы его потеряем, и мне очень страшно.

.. я знаю куда лучшее лекарство от всех бед: музыка.

Когда люди смотрят друг другу в глаза, они становятся уязвимыми.

Мы улыбаемся друг другу - так широко, что улыбка перестаёт быть частью лица, скорее, лицо становится частью улыбки.