Arc de Triomphe

Возврата нет ни для кого.

На улице стоял вечер с фиолетовыми глазами.

Разве не все на свете только отсрочка, милосердная отсрочка, пестрое полотнище, прикрывающее далекие, черные, неутомимо приближающиеся врата?

«Случайностей не бывает только в хорошей литературе. В жизни же они сплошь и рядом. При том преглупые…» (с) Эрих Мария Ремарк «Триумфальная арка»

Никогда не стоит мельчить то, что начал делать с размахом.

Всё, что можно уплатить с помощью денег, обходится дёшево.

Еврей видит сделку, а француз - только деньги, с которыми надо расстаться.

Когда Боннэ закрыл за собой дверь, в комнате внезапно сделалось тихо. Гораздо тише, чем бывает, когда уходит всего лишь один человек.

Дешево только то, что носишь без чувства уверенности в себе.

Утешает только самое простое. Вода, дыхание, вечерний дождь. Только тот, кто одинок, понимает это.

Он знал, что ее упоение страстью — это упоение самой собой, хмельной дурман, яркая вспышка, дань минуте — не больше. А теперь, впервые, подобно летчику, который в разрыве ослепительно сверкающих облаков, где свет и тень играют в прятки, внезапно замечает далеко внизу землю, зеленую, коричневую и сияющую, — теперь он увидел нечто большее. За упоением страсти он почувствовал преданность, за дурманом — чувство, за побрякушками слов — человеческое доверие.

Неправдоподобно и то, что неустанно струится во мраке моих жил, с температурой 36,7, солоноватое на вкус, четыре литра тайны и безостановочного движения.

Между нами трепещет загадка — Ты и Я, Зов и Отклик, рожденные вечерними сумерками, восторгами всех кто любил… Это как сок лозы, перебродивший в бурю золотого хмеля… Крики исступленной страсти… Они доносятся из самых стародавних времен… Бесконечный путь ведет от амебы к Руфи, и Эсфири, и Елене, и Аспазии, к голубым Мадоннам придорожных часовен, от рептилий и животных — к тебе и ко мне…

Невозможно удержать лавину, катящуюся с гор. И всякий, кто попытается это сделать, будет раздавлен ею. Лучше переждать, а потом откапывать заживо погребенных.

— Равик, почему ночью всё становится красочнее? Всё кажется каким-то лёгким, доступным, а недоступное заменяешь мечтой. Почему?
Он улыбнулся:
— Только мечта помогает нам примириться с действительностью.
— Вы не похожи на человека, опьяняющего себя мечтой.
— Можно опьяняться и правдой. Это ещё опасней.

Помогай, пока можешь… Делай всё, что в твоих силах…Но когда уже ничего не можешь сделать – забудь! Повернись спиной! Крепись! Жалость позволительна лишь в спокойные времена. Но не тогда, когда дело идёт о жизни и смерти. Мёртвых похорони, а сам вгрызайся в жизнь! Тебе ещё жить и жить…

Кем бы ты ни был — поэтом, полубогом или идиотом, все равно, — каждые несколько часов ты должен спускаться с неба на землю, чтобы помочиться. От этого не уйти. Ирония природы.

— Что позабудешь, того потом не хватает всю жизнь, мсье, — заявил он.
По-видимому, для него тема была далеко не исчерпана.
— Правильно. А все, что запоминается, превращает жизнь в ад.
— Только не для меня. Ведь это уже прошлое. Как может прошлое
превратить жизнь в ад?

Я стоял на швейцарской стороне и ел вишни. А косточки сплёвывал в Германию.