Штамм. Книга 1. Начало

Крысолов достигает успеха в тишине. Успех означает, что свидетельств этого успеха не остается, исчезают все следы существования проблемы, любые признаки, что хоть один грызун давал о себе знать и что ставилась хоть одна ловушка. Успех означает, что порядок восстановлен.

Неизбежная составляющая старости — постоянная самопроверка. Проверка, не утеряна ли связь с реальностью. Проверка, что ты — по прежнему ты.

Лучше умереть человеком, чем жить чудовищем

В мире не было ни героев, ни монстров, но в своем воображении Зак неустанно выискивал и тех и других.

Зак засыпал с трудом и спал плохо. Все говорили, что это он унаследовал от отца. Слишком маленький, чтобы нажить язву, но уже достаточно большой, чтобы взвалить на плечи все проблемы мира.

Он в большей степени скорбел об Эмме, чем о Бервин, своей жене, потому что дети – наше второе «я». Он любил Бервин, но она… как бы просто погибла, и все. А вот вокруг маленькой мертвой девочки его память крутилась, как вода, которая бесконечно утекала и никак не могла уйти в сливное отверстие.

Какая она была? – спрашивали они. Гэри потребовался бы остаток жизни, чтобы написать один абзац о своей дочери Эмме. И это был бы самый длинный абзац в истории.

Если уж приехали в Нью-Йорк и не уложили детей спать до девяти вечера, будьте готовы к тому, что они многого тут наслушаются. И навидаются.

Я – мой худший враг, mano. Я как долбаный щенок, который умеет лишь обнюхивать углы и понятия не имеет, что такое "завтра".

Тела лежали на восьми столах из нержавеющей стали. Они были на разных стадиях вскрытия. Из двух, говоря на патологоанатомическом жаргоне, уже сделали «каноэ». Это означало, что грудная клетка и брюшная полость были вскрыты, вынутые внутренние органы лежали в раскрытом пластиковом мешке, расположенном на голенях, а патологоанатом делал срезы на специальной доске, словно каннибал, готовящий сашими из человеков.