В конце концов все сводится к нескольким ясным и чётким вопросам: кто, когда, где, каким способом, с какой целью? И на эти простые вопросы порой ответить очень трудно. Потому что пересекаются, путаются, накладываются друг на друга следы поведения и поступков очень многих людей. И я никогда ещё не встречал преступников, которые ставили бы указатели для следователей — по какой дорожке идти. Правда, попытки скрыть содеянное иногда как раз и разоблачают уголовную личность, но все-таки они стремятся прежде всего спрятать концы в воду. А кто прячет в более выгодном положении, чем тот, кто отыскивает. Истина, не требующая доказательств…

Помню одну фотографию. Отличную художественную фотографию, напечатанную в каком-то иллюстрированном журнале. Она поразила меня лаконичностью и выразительностью. Городская улица, снятая, видимо, из окна третьегочетвертого этажа. Ни одного человека. Только следы на мокром снегу. Их много. Во всех направлениях. Пересекающихся, петляющих, перекрывающих друг друга. Абстрактный символ человеческих судеб.

Я частенько вспоминаю этот снимок. Занимаясь расследованием, всегда получаешь много информации. Вопрос в том, чтобы отсеять все лишнее. — И учесть, что качество, то есть истинная ценность и достоверность, у многих показаний бывает сомнительным.

Оказывается, у индийцев еще в древности была формула, из чего должна состоять любовь: из ума — дающего уважение, души — дарящей дружбу, и тела — рождающего желание. И только при слиянии этих трех компонентов возможно настоящее счастье между мужчиной и женщиной… Здорово, не правда ли? — спросила Орлова и, не дожидаясь ответа, продолжила: — А правильно-то как! Но мы попадаемся на удочку чего-нибудь одного — ума, души или тела — и думаем, что это и есть любовь… Психологи называют это ловушкой влюбленности… Отсюда и трагедии, разбитые семьи…

«Арабы говорят: врачевание — это триада, состоящая из больного, врача и болезни. Если больной находится в союзе с врачом, то они побеждают болезнь. Если же больной консолидируется с болезнью, то они побеждают врача. Мысль, спору нет, прекрасная и вечная, как история медицины с древнейших времен до наших дней, — писал Баулин. — Но в этой триаде есть одно звено, на которое ложится основное бремя борьбы. И этим звеном является врач. От его умения, знаний, мудрости зависит успех. Я хочу привести еще одну цитату, на этот раз величайшего целителя Гиппократа. „Мудрость заключается в том, чтобы познавать все то, что сделано природой“, — говорил он. И вот с этой точки зрения, по-моему, нужно подходить к человеческому организму, его нормальному функционированию и недугам. Встает вопрос: знаем ли мы все его возможности? Правильно ли понимаем его, если так можно выразиться, нужды, умение саморегулировать функции отдельных органов и всей системы в целом?

По своей сути почти каждое преступление подразумевает скрытность. Этакие лихие молодчики, проматывающие награбленное при всем честном народе, давно уже канули в Лету. Как открытая проституция, налётчики, притоны, злачные места и подобные атрибуты прошлой, дореволюционной жизни. Это уже история. Если говорить о моем личном опыте, то большую часть преступников приходится искать в тщательно замаскированном быту, снаружи обыкновенном и ничем не выделяющемся. Между прочим, подпольное существование — уже наказание за содеянное.

Правда, не для всех. Но для многих.

С одной стороны, мы вооружены знанием, опытом (своим и чужим, который преподносится на страницах учебников, специальных исследований, регулярных изданий и сборников), статистикой, распределившей преступников по полочкам и ящичкам. На нас работает армия экспертов, вооружённых новейшими приборами и техникой. Но порой мы сталкиваемся с задачей, подобной уравнению, где все величины — неизвестны. И тогда тебе кажется, что свою профессию ты осваиваешь как бы заново-до того не укладывается ни в какие рамки опыта и статистики попавшее к тебе дело.

Уж эти мне пословицы! На один и тот же случай в народной мудрости всегда можно найти прямо противоположные суждения. Прекрасный для меня пример — шутливые перебранки моих родителей. Бывало, мать скажет о ком нибудь: холостая воля — злая доля. Отец тут как тут: женишься раз, да наплачешься век. Но самый коронный диспут происходил тогда, когда отец осмеливался приложиться к рюмочке в непраздничный день. Эх, говорила мать, был Иван, стал болван, а все винцо виновато. Родитель мой спокойно отрубал: пьян да умен-два угодья в нем.

Зависть моя оттого не утихает, что у меня тоже есть страсть. И болеет ею не так уж мало людей. В том легко убедиться: попробуйте достать билет в Большой театр, когда партию Жизели исполняет Бессмертнова, а в «Спартаке» танцуют Максимова и Васильев.

Но что может сравниться с ощущением, когда ты, сжимая в руках драгоценный клочок простой бумаги, проходишь сквозь строй неудачников в ворота твоего храма!

И становишься, как правило, свидетелем единственного, неповторимого! Я уже не говорю о самой обстановке: торжественное ожидание чуда, непередаваемое волнение присутствия.

Я всегда завидовал спортивным болельщикам. Завидовал глубоко и обречённо. У них могущественные покровители. О них особая забота. Посмотрите, какие огромные строят для них стадионы, разом вмещающие население приличного города (а то и государства, например Монте-Карло), какие дворцы спорта. Иногда мне думается, что телевидение изобретено специально для них. Не верите-изучите программу телевидения. Редкий день обходится без футбольного или хоккейного матча или там водного поло, борьбы самбо, поднятия штанги… А то выпадет на какое-нибудь число несколько матчей сразу.