
В этой, старой уже и давно прочитанной книжке, многое отталкивает. Советского либерала Юрия Леваду и его ангажированных коллег вряд ли можно отнести к глубоким мыслителям и проницательным исследователям. В советское время они много занимались просветительством, пропагандировали западную социологию, ратовали за соцопросы и пр. (их немного наказывали за это). В общем, при нормальном развитии это было бы неплохо. Левада создал опросный центр – ВЦИОМ, из которого его и сторонников потом оттуда выгнали (возник альтернативный «Левада-центр»). Но в конце 1980-х и начале 1990-х постсоветские исследователи еще были полны энтузиазма и надежд. Изучали вот портрет «человека советского». Надо сказать, антропологические опыты советской власти блестяще удались – «совков» вывели. «Простота» (как в песне) стала их отличительным признаком. Потребности минимальные. В начале 90-х вроде бы к новым потребностям относились только неистово рекламируемые пластиковые окна. Потом вот добавились мобильники. Образ жизни примитивный: пожрать, выпить, погавкать в телефон, посмотреть «ящик». Сноб Качанов (вроде профранцеженный) концепцию старших товарищей критиковал, мол, вместо бесконечной соц сложности нашли «простоту». Но здесь он был неправ. Простота торжествует: постсоветское общество стремительно архаизируется и примитивизируется. Западники наши ужасаются: как так: совки везде! (В СССР «нового человека», наоборот, прославляли всякие фроловы-смирновы и прочие коммунистические «ученые»). Но здесь они критикуют напрасно: массовый человек в современном мире везде примерно одинаков: «восстание масс» да плюс «глобализация». Но проблема России не в том, что много «простых людей», а в том, что уничтожили НЕПРОСТЫХ и усиленно вытаптывают даже чахлую поросль свободы и оригинальности. Социализм в СССР, как система государственного рабства, оказался весьма эффективным в выделке рабов. Судим по последствиям. Также оказалась эффективной интернационалистская зачистка культуры. Ничего почти не растет, кроме ностальгии по «совку» и карикатурное воспроизведение его образцов.
Так что эта устаревшая книга становится всё актуальнее.






















