Аврелия

Роман «Аврелия», публикуемый в данном издании, принадлежит перу талантливого и несправедливо забытого в наше время английского литератора Э. Кэнтона. Описываемые в нем события относятся к первому веку христианства. Главная героиня романа — легендарная Аврелия, блистательная юная патрицианка великого Рима, жившая в эпоху заката империи, во времена наиболее жестоких христианских гонений. Чувство справедливости и душевное благородство заставляет эту изнеженную аристократку прийти на помощь гонимым...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

12 оценок

5
50%
4
33%
3
8%
2
8%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 16Хотят прочитать 46

Рецензии

natasha133716 марта 2016 г.
Здесь нет четкой фабулы, сюжет расползается, и с каждым его витком уловить суть всё труднее. Умберто Эко писал, что язык Нерваля принципиально непригоден для коммуникации. Там царит тотальная синонимия и герметизм, логические связи заменены ассоциациями, а структура произведения намечается лишь для того, чтобы пафосно рухнуть у вас на глазах. Замысловатость стиля, конечно же, неслучайна, но не стоит винить чрезмерную фантазию автора и стремление сгустить краски — он художник, он так видел. Причем на самом деле всё так и было, Жерар де Нерваль страдал от шизофрении, чем, между прочим, был почти горд.
Дело в том, что в 19 веке, когда Нерваль жил и творил свои загадочные творения, произошел перелом представлений о психических заболеваниях. До этого времени считалось, что у человека есть выбор — быть ему сумасшедшим или нет. И только в 19 веке общество пришло к пониманию безумия как недуга. Отсюда две перемены — отношение к больным стало более милосердным, а также их поведение стало восприниматься как проявление той темной глубины, что скрывается в психике каждого человека. И романтикам, конечно, это всё очень нравилось. Они вообще очень ценили видения, сны, бред, ведь если ты не можешь выйти за пределы реальности, если ты не избранный, — какой же ты поэт? Всё перечисленное они считали посланным от Бога. Поэтому, не удовлетворившись своими трансцендентальными приступами шизофрении, Нерваль последовал за многими мистиками романтизма, пристрастившись к опиуму, марихуане, и только он один знал, к чему ещё.
Современники Нерваля его всерьез практически не воспринимали, считали его творчество начальной стадией чего-то более законченного/приличного/адекватного. Воспринимать его произведения как целостные таки очень сложно, ведь там всё смешалось — влияние немецких романтиков (Гофман, братья Гримм), восточные (и не только) религии, оккультизм, увлечение масонством... С религиями, кстати, всё очень сложно, Жерар досконально изучил 17 верований и каждому из них поклонялся. Словом, Нерваль — эзотерик. И тем сложнее понять, о чем он пишет. Он символичнее символистов, ведь фактически пишет своим подсознанием, скрупулезно описывает реальный опыт видений. А подсознание само по себе может "говорить" только на языке символики, в том числе знаков и чисел.
"Аврелия" похожа на лоскутное одеяло из-за несвязности множества фрагментов. Видения, мечты на грани бреда появляются безо всякой мотивации. Автор путается во времени, для него прошлое и будущее, если и существуют, то принципиально неотличимы. Словом, онирическая [имеющая отношение к сновидениям] образность в этом произведении перетекает в такой себе онирический бред. Подробнее расскажет Википедия:

Онейроидный синдром, шизофренический делирий — психопатологический синдром, характеризующийся особым видом качественного нарушения сознания с наличием развёрнутых картин фантастических сновидных и псевдогаллюцинаторных переживаний, переплетающихся с реальностью. Дезориентировка во времени и пространстве (иногда и в собственной личности). При онейроиде больной является участником переживаемой псевдогаллюцинаторной ситуации. Окружающие люди могут включаться больным в виде участников в переживаемую ситуацию.
Именно так всё и происходит в произведении. Вообще практически всё написанное в статье про онирический бред можно сравнивать с "Аврелией". Читая эту повесть, легко и просто можно проследить, как воображение автора выхватывает объект из реальности, и как этой объект у него в руках крошится, деформируется, расслаивается, вплетается в канву основной фантастической галлюцинации. Сквозным мотивом становится трагическое раздвоение, привычное для романтиков, например, противостояние Я VS мой двойник (дезориентация в собственной личности, как в онейроидном синдроме, встречалась ещё у Гофмана), а также классическое противопоставление — мечты VS реальность. В эзотерику Нерваль потому и уходит. Он верит, что реальность — мертва, ведь её безвозвратно покинула мечта.
Читать далее
8
741

Все рецензии

Цитаты

magnesium_nigrum18 октября 2015 г.
- Значит это правда! говорил я в восторге, мы бессмертны и мы сохраняем здесь образы мира, в котором мы жили. Подумать только, какое счастье, что все, что мы любили, будет всегда существовать вокруг нас! ... Я настолько устал от жизни!
Не торопись радоваться, сказал он, ибо ты еще принадлежишь миру там наверху, и тебе предстоят тяжкие годы испытаний. Существование, которое тебя восхищает, несет свои страдания, борьбу и опасности. Земля, где мы жили, это то место, где связываются и развязываются наши судьбы: мы лишь лучи центрального огня, который его питает, и который уже успел ослабнуть...
И что же! воскликнул я, земля могла бы умереть, и ничто поглотило бы нас?
Ничто, сказал он, не существует в том смысле как его понимают; но земля есть сама то материальное тело, у которого сумма всех духов образует его душу. Материя может исчезнуть не более, чем дух, но она может измениться в добрую сторону или злую. Наше прошлое и наше будущее едины. Мы живем в нашем роде, и наш род живет в нас.
Читать далее
2
224
magnesium_nigrum18 октября 2015 г.
...мне стало ясно, что предки принимают вид некоторых животных для того, чтобы посещать нас на земле, и что таким образом они сопровождают нас, как немые свидетели, в различные периоды нашего существования.
2
225
magnesium_nigrum18 октября 2015 г.
Много раз я терялся в длинных коридорах, и, пересекая одну из центральных галерей, я был потрясен странным зрелищем. Какое-то существо непомерной величины - не знаю, мужчина или женщина, - тяжело летало над этим пространством и, казалось, отбивалось от кого-то среди густых облаков. Ему недоставало ни духа, ни силы, и наконец оно рухнуло посреди сумрачного двора, цепляясь и обдирая свои крылья о крыши и балюстрады. Одно мгновение мне удалось его рассмотреть. Оно было окрашено в оттенки алого, и крылья его переливались тысячей меняющихся отблесков. Одетое в длинное платье с античными складками, оно напоминало Ангела Меланхолии Альбрехта Дюрера.
Читать далее
2
159