Вас может удивить, сколь малое требуется человеку, чтобы выжить.

Мне кажется, что можно жить среди людей, считая себя частью их сообщества, веря, что ты посвящен в их мысли и планы, и никогда по-настаящему не понимая происходящего вокруг.

Я ем столько же, сколько некоторые, хоть и не так хорошо, как другие.

... Судьи, подобные ему, ничего не ведают о мире, в котором живут люди, подобные мне. Но это не мешает им судить нас.

С джентльменами вроде него всегда так. Разговаривая с тобой, они могут казаться дружелюбными, но попробуй выразить желание стать кем-то почище тебя нынешнего, может таким же вот джентльменом, и они вмиг приходят к выводу, что ты - дурень.

Джентльмены, они такие: никогда пятью словами не обойдутся, если можно сказать пятьдесят.

Татуировка защищает человека от злых духов, накрепко запирая внутри него вся священное, что в нем есть.

Первым, кто разрешил морякам перенять обычай тихоокеанского народа наносить на свою кожу несводимые цветные рисунки, был сам капитан Кук .... Говорят, что когда они возвратились в Англию и стали демонстрировать эти свидетельства пережитых ими приключений, многие леди падали в обморок ...

- Я не люблю задавать вопросы, сэр.

• Не задавая их, ничего не узнаешь.

А между тем юноша, подобный вам, должен всегда иметь под рукой книги. Они обогащают ум, понимаете? Задают вопросы о вселенной и помогают чуть лучше понять наше место в ней.

Мир нуждается в хороших рассказчиках, и, возможно, вы станете одним из них, если будете упорно идти к вашей цели.

на что мне часы? Моему времени я сам хозяин!

Мне кажется, что можно жить среди людей, считать себя частью их сообщества, веря, что ты посвящен в их мысли и планы, и никогда по-настоящему не понимая происходящего вокруг.

Каждый из нас пробормотал под конец молитвы "Аминь", но, говоря по правде, не думаю, что мы были людьми такими уж набожными. Среди моряков, как я уже обнаружил, это редкость. Их больше волнуют суеверия и россказни про волшебство.

-Я в жизни ни одной женщины не знал и знать не желал.

Мистера Кристиана обуяли серьезные колебания, которые наверняка были замечены не только мной, но и капитаном, они словно наполнили собой воздух, точно зловоние заболевшей утки, и висели в нем, пока помощник штурмана не распахнул окно, чтобы проветрить помещение.