Дванадцять, або Виховання жінки в умовах, не придатних до життя

Современная украинская писательница, поэтесса, сценарист и журналист Ирэн Роздобудько не новичок в литературе. Ее творческое наследие так разнообразно по своему фабульно-жанровому признаку. Это и детективы, и мистификации, и откровенно женская проза, и иронические произведения. Это не означает, что у Ирэн Роздобудько нет авторского почерка. В каждой книге писательницы присутствует авантюризм и приключение, внутренний мир героев бездонный и неординарный, книги обладают невероятной притягательной силой.

Сюжет романа сплошная фантасмагория на тему душевного здоровья человека и сумасшествия. Успешная писательница устраивается на работу в местную психиатрическую клинику на должность «психоспикера». Ее обязанности - быть «ухом», то есть, просто выслушивать пациентов и делать записи. Для писательницы это новый опыт, поиск тем и вдохновения для творчества. Череда пациентов обрушивает на нее свой внутренний измененный мир, погружая ее в глубины сумасшествия. Среди них полно примечательных персонажей: Жанна (девушка из приюта мыльных пузырей), Туве Янсон (сказочница-стюардесса), Русалочка (любительница водных процедур), Галеристка (пострадавшая от картин), Технолог, Сомнамбула, Наследник, Олигарх…. Истории умалишенных. Кажется, что здоровый человек может сойти с ума. Но, оказывается, что и у Хелены (так зовут главную героиню) есть своя не менее сумасшедшая история….

«Двенадцать, или Воспитание женщины в условиях, не пригодных для жизни» - роман-аллюзия на прозу Милана Кундеры. Тонкий психологизм, самоуглубление и самопознание героев роднит творчество двух писателей. Книга – отсылка к другому произведению Роздобудько, роману «Амулет Паскаля». Их интертекстуальные связи так тесны, что создается эффект перехода состояний и образов героев из одного романа в другой. Собственно, в тексте книги цитируется «Амулет Паскаля» многократно.
Ирэн Роздобудько создала роман, который не оставляет в покое читательское воображение. Она заставляет его усиленно работать, поддавать сомнению происходящее. Эти заигрывания с читателем, несомненно, почерпнуты у Джона Фаулза. Приковать к книге читателя, погрузить его во тьму человеческой сущности и лишь немножко намекнуть на свет (истину) в дали (в конце книги) – такое под силу лишь настоящему мастеру слова. Такому, как Ирэн Роздобудько.

Хм... Если честно, прочитал данную книгу только из интереса что нового у данного автора. Остался ужасно недоволен. Ну думаю напишу свое "недоволен". Зашел... и ужаснулся. одни положительные отзывы. Не знаю как кому, но её более раннее творчество было куда лучше. Точнее не так... было действительно чем то напоминающим творчество. Вот прочитал в комментариях что тут про поиск смысла, и глубокую философию. Ели домучил... Только из уважения к автору. Напомнило некоторые книги Пелевина. Просто не писатель, а слагатель слов в предложения. А смысл можно найти везде... или как там у классиков - "Непонятному можно придать любой смысл". Хотите почитать суч. укр.літ читайте её "Дві хвилини правди, Пастка для жар-птиці,Перейти темряву(лучее у нее что я читал)". А данное произведение не рекомендую даже как легкое чтиво...
Да и рассказы из Психушки, по началу хотя бы смахивало действительно на то что вроде разговоров душевнобольных. После середины это стало походить на бред упоротых наркоманов.

Если хочется литературы легкой, но все же не дамского романа в прямом смысле, если хочется чего-то на родном языке, я всегда читаю Роздобудько. Мне очень импонирует ее стиль. А эту книгу люблю больше других. Мне в ней нравится все, начиная от длинного и вычурного названия, заканчивая сюжетом. Я бы рекомендовала именно ее всем, кто хочет познакомиться с прекрасным современным украинским автором, пишущим книги о современной жизни, вплетая в нее немного магии, но не в прямом смысле слова, а скорее той магии, которую иначе можно назвать судьбой - самой капризной и непредсказуемой барышней.

Начало книги -среднестатистическое утро в большом городе. В промежутке с октября по апрель,когда любая мысль выйти на улицу и преодолев ветер и снег, поместить себя в душный транспорт, без конца сталкиваясь с такими же сонными и "доброжелательно" настроенными существами вокруг тебя, вызывает прямо-таки физическую боль. Просто не хочется смотреть на мир, оставшись в верном тебе царстве грез и легкой дремы.

С детства боялась сумасшедших. У нас в доме некоторое время жила женщина, каждая встреча с которой была ужасающе-удивительной. Это была смесь из разных рассказов, песен и стихов, которые она то тихо бормотала про себя,то вдруг принималась задорно выкрикивать на всю улицу, то принималась петь,вернее не петь а протяжно подвывать, растягивая одну букву.
Я очень боялась таких встреч,вернее, боялась моя бабушка,шепотом сообщая мне,что бедняжка "сошла с ума" после смерти сына. А мне, тогдашней пяти-шести летней, было невозможно еще отличить свои, настоящие страхи от чужих и я просто приняла на веру:"Эта женщина, не такая как все". Не испугалась, а лишь нагрузила воображение: "Интересно, она "сошла", значит на чем-то стояла, а куда можно "сойти"(особенно хорошо зная мамину подругу- стюардессу)? Только на землю. И я нарисовала себе невидимый Остров, где живут такие, как эта женщина. Собираются там и декламируют друг другу это особое загадочное горловое пение и никто не смотрит на них с жалостью и сочувствием, качая вслед головой.Там они друг друга понимают,потому что говорят на одном языке.
Первая половина книги почему-то напомнила мне этот Остров. Даже возникло слабовольное желание защититься, отложить книгу на пару дней, но не смогла, вернулась. И не пожалела. Когда ближе к концу пошли вдруг откровения...

Читала книгу на украинском языке, чтобы сохранить колоритность языка, его певучесть и зачаровывающую глубину. Такое было со мной в Карпатах ,когда подходя к колодцу, перевешивалась вниз,стараясь разглядеть хоть что-нибудь кроме черного кружка ночи, да отвесно уходящих беленых стен. Обязательно надо было крикнуть что-то лихое и задорное:" Эгегей!" и услышав в ответ глухое "Эй-эй-эй", быстро отпрянуть, покрывшись внезапной испариной. Долго сидеть, прислонившись спиной к колодцу и задрав голову вверх, наслаждаться этим смешанным чувством власти, любопытства и беззаботности.

Так и с книгами Ирэн. Я каждый раз будто крикнув в колодец , замираю, слушая десятки голосов в ответ. И словно подслушав чужую тайну, томлюсь от желания ею с кем-нибудь поделиться. Но смущенно замолкаю,боясь услышать в ответ лишь тихое "Эй!Ты еще услышишь правду о Твоем мире. А эта жизнь-чужая".