Regulamin tłoczni win

То, что он чувствовал, было любовью, а он подумал, сердечный приступ.

Кедр был единственный летописец Сент-Облака; предавая бумаге хронику местных событий, он, как правило, не искажал их; но иногда его заносило, и Уилбур Кедр пускался в сочинительство. Он очень не любил историй с плохим концом, вроде истории Фаззи Бука и еще нескольких сирот, чья жизнь оборвалась в стенах приюта. У д-ра Кедра рука не поднималась писать о смерти. Так разве не мог он изредка потешить себя – придумать печальной истории счастливый конец.

Распоряжаться жизнью и смертью – прерогатива Бога.

– Как нечего? А плавать! В океане! В соленой воде! – волновался Анджел.
– Я не умею.
– Это не важно. Купаться в океане все равно удовольствие.

Мальчишки восхищаются людьми, готовыми идти на риск. В их глазах это геройство.

Беременные не различают будней и праздников.

– Как же он до сих пор не попался? – спросила сестра Каролина.
– Не знаю, – ответил Гомер. – Наверно, женщины вспоминают его с благодарностью.
– Но люди есть люди, – сказала Каролина.

Если ты ее действительно любишь, дай ей то, что ей больше всего сейчас нужно, не ставя никаких условий. И не жди за это награды. Чем она может оделить тебя? Только тем, что осталось на твою долю. Это не совсем то, чего ты ждешь. Но чья в том вина? Ты хочешь от нее отказаться, потому что она не может отдать себя тебе целиком. На все, так сказать, сто процентов. Половина ее сердца в небе над Бирмой. И поэтому ты хочешь отвергнуть ее? Неужели твой принцип – все или ничего? Так людям не служат.

Идеальные представления сироты часто застилают реальность.

Тот, кто делает аборты, ходит по тонкому льду.

Ваши соседи могут многое знать о вас, но, конечно, не все.

Время в приюте измеряется другими мерками.

Люди, уповающие на победу добра над злом, должны по возможности вмешиваться в ход событий. Играть роль Бога.

Всегда будут дети-сироты, чье рождение ожидалось, как манна небесная, но которых обездолил несчастный случай или злонамеренное насилие.

Взрослые верят внукам больше, чем приемышам.

В самом деле, продукты зачатия, душевная и физическая боль, несчастная жизнь сирот, родившихся в Сент-Облаке, – все это подтверждало его мнение, что вирус любви опаснее вируса полиомиелита.

Ему была внове обстановка, которую нельзя прямо сейчас взять и исправить. Место было столь безнадежно, что оставалось только молча принять его, а он еще не умел, не брыкаясь, справляться с шоком, безмолвно впитывать увиденное, как губка поглощает воду.

За душу Гомера можно было не опасаться. Мальчик, дважды прочитавший «Большие надежды» и «Копперфильда», кроме того, прослушавший в спальне вечером оба романа от корки до корки и тоже дважды, духовно подготовлен к жизни лучше многих других.

Бойся легкой работы.