Цитаты из книги Демон

Но луч луны, по влаге зыбкой Слегка играющий порой, Едва ль сравнится с той улыбкой, Как жизнь, как молодость, живой.

Я слышу все о обо всем молчу И не в свои дела не суюсь

Я пристально посмотрел ему в глаза; но он спокойным и неподвижным взором встретил мой испытующий взгляд, и бледные губы его улыбнулись; но, несмотря на его хладнокровие, мне казалось, я читал печать смерти на бледном лице его. Я замечал, и многие старые воины подтверждали мое замечание, что часто на лице человека, который должен умереть через несколько часов, есть какой-то странный отпечаток неизбежной судьбы, так что привычным глазам трудно ошибиться.

Эта долина была завалена снеговыми сугробами, напоминавшими довольно живо Саратов, Тамбов и прочие милые места нашего отечества.

Я остановил себя <...>, имея правило: ничего не отвергать решительно и ничему не вверяться слепо.

"Ты говоришь об хорошенькой женщине,как об английской лошади"

Послушай, милый друг, кто нынече не гнется, Ни до чего тот не добъется.

- Где нам, дуракам, чай пить! - отвечал я ему, повторяя любимую поговорку одного из самых ловких повес прошлого времени, воспетого некогда Пушкиным.

Но, может быть, вы хотите знать окончание истории Бэлы? Во-первых, я пишу не повесть, а путевые записки; следовательно, не могу заставить штабс-капитана рассказывать прежде, нежели он начал рассказывать в самом деле. Итак, погодите или, если хотите, переверните несколько страниц, только я вам этого не советую, потому что переезд через Крестовую гору достоин вашего любопытства.

И не смешно ли было бы жаловаться начальству, что слепой мальчик меня обокрал, а восемнадцатилетняя девушка чуть-чуть не утопила?

Зло порождает зло; первое страдание даёт понятие о удовольствии мучить другого.

Я лгал; но мне хотелось его побесить.

И не смешно ли было бы жаловаться начальству, что слепой мальчик меня обокрал, а восьмнадцатилетняя девчушка чуть-чуть не утонула?

Из двух друзей один всегда раб другого, хотя часто ни один из них в этом себе не признается

Перечитывала более 5 раз.

Дурной каламбур не утешение для русского человека.

Тихо было все на небе и на земле, как в сердце человека в минуту утренней молитвы.

И к свисту пули можно привыкнут, то есть привыкнуть скрывать невольное биение сердца.

В сердцах простых чувство красоты и величия природы сильнее, живее во сто крат, чем в нас, восторженных рассказчиказ на словах и на бумаге.

Уж татары по мне лучше (чем осетины): те хоть непьющие.