Третья карта. Нежность

С каждым новым томом цикла о разведчике Максиме Исаеве-Штирлице читатель вместе с героем все ближе подходит к началу теперь уже Великой Отечественной войны. И если в предыдущем томе события развивались накануне Второй мировой, то здесь уже речь идет непосредственно о начале боевых действиях и оккупации Польши, а значит, и до советских границ осталось немного.

На протяжении как минимум трети тома чувствуется как сгущаются тучи и все ближе и явственнее наступление на СССР, о чем неоднократно предупреждает руководство резидентура. Первой на пути продвижения вглубь советской страны оказывается Украина, чьи националистические идеи и движения были умело поддержаны в угоду противнику, осознание чего пришло слишком поздно. А в некоторых случаях, и никогда.

Умело разыгранная националистическая карта способствовала созданию и распространению ОУН, чья деятельность носила антипольский, антисоветский и антикоммунистический характер.
Основными средствами борьбы за достижение своих целей организация избрала террор и диверсии.

В очередной раз демонстрируется как легко использовать чужие амбиции для достижения собственных целей, как во славу и независимость творятся черные и страшные дела, как прикрываются благими намерениями. Жутко от обыденности и никогда не теряющей своей актуальности темы.

Достаточно подробно автор раскрывает все интриги и подводные течения националистического движения, его лидеров и сподручных, умело сталкивающих и сталкиваемых лбами противников, желающих быть полновластными и единоличными владетелями власти.

И пусть автор где-то чуточку перегнул с симпатиями, разделяя хороших и плохих по принципу принадлежности к коммунистам, но читая, в очередной раз убедилась, что главная заслуга (для меня) цикла и авторского труда : побуждение к более подробному и тщательному изучению освещаемых в цикле исторических вопросов и тем. А это уже очень много.

В данном томе наш герой отходит немного на второй план, но это нисколько не уменьшает его заслуг и не сбавляет интереса к рассказываемому. Напротив, включение других сюжетных линий разбавляет его и делает интереснее для восприятия, чем сухое перечисление оперативной работы, например.
Так что в целом, интересно и доступно о важном, что только способствует дальнейшему чтению цикла.

Маленький этюд про то , что Исаев не только разведчик , но и человек,  мужчина, муж.  Название  говорит за себя.
Сюжет: 1928 год. 28- летний Исаев ждет  . Он получил информацию, что для него  высланы документы.  Разведчик надеется,  что его переправят в Россию, где он ,наконец-то, увидит жену и маленького сына. От мучительного ожидания  встречи у него развивается бессоница, в периоды забытья он грезит о будущем.

Вернулся и узнал,  что жена и сын в застенках МГБ.

Р.  S.  В аудиокниге и печатном издании концовки отличаются. В аудиоверсии он вернулся в 48 году и узнал. А в печатном издании просто  вернулся в 46 году домой.

Следущая книга цикла- " Испанский вариант"

Есть у Юлиана Семёнова неприятная привычка швырять своего ленивого, историей и внутренним устройством рейха не слишком интересующегося читателя в водоворот похожих названий более несуществующих ведомств, смутно знакомых фамилий, званий и аббревиатур. Из-за этого первую треть книги меня не покидало ощущение, что я упускаю половину происходящего. Кто кому куда и о чём именно доложил, и почему это важно, и в каких отношениях находятся, скажем, унтершарфюрер, оберштурмбанфюрер и штандартенфюрер приходится выяснять самостоятельно, автор не подсказывает, мол, и так всё ясно. Иногда и без историзмов выходит загадочно, особенно в диалогах. Все на что-то усиленно намекают, подразумевают ещё большее, но разобраться в этом без поллитры или разведшколы за спиной нелегко. Как заметил Шелленберг:

Если за счёт знания истории, умения гуглить, или же попросту проигнорировав все непонятки, читатель всё же выплывет за критическую черту страниц в пятьдесят, он будет вознаграждён сомнительным коктейлем из пропаганды, длиннющих лирическо-исторических отступлений и нескольких хороших, но несвязанных историй о националистическом движении на Украине и развёртывании войны.

На мой вкус именно в этом романе Семёнов сильно перегибает с пафосом. Его герои везде несколько слишком литературны, искусственны, но здесь это особенно ощущается. На страницу приходится не меньше трёх фраз-лозунгов, автор будто норматив выполнял.

Мы были обезличены с тридцать третьего года, но то хоть были маски жизни – шутовские, ничтожные, смеющиеся – а все-таки жизни! Сейчас на каждом из нас маска смерти!

Несвобода – это когда люди веселья должны вести себя как тяжелобольные, забитые существа

...только счастье твоих детей может дать истинное ощущение высокого покоя, а лишь это и есть истинный подступ к творчеству.

и т.д.

К сожалению, здесь совсем нет того, что мне нравилось больше всего в предыдущих книгах серии ("Бриллианты для диктатуры пролетариата", "Пароль не нужен") - своеобразной панорамы общественных настроений. Если в "Бриллиантах" и белые, и красные, и просто мимо проходившие получили возможность высказать свою часть правды, если в "Пароле" все кусочки истории плотно увязаны в общий сюжет, то в "Третьей карте" всего этого нет. Да, тоже много персонажей с разных сторон, но все их истории работают на одну идею: все плохие, коммунисты хорошие. Причем, выглядит это уж очень грубо и прямолинейно. Взять хоть эпизод с хирургом, которого забирают во время операции над ребёнком - сделать момент более слезовыжимательным, пожалуй, не вышло бы.

Найти же в "Третьей карте" общий сюжет - задача вовсе нетривиальная. Ясно, что всё крутится вокруг движения ОУН и начала войны между фашистской Германией и СССР. Штрилиц мелькает где-то на фоне, думает всякие глубокие мысли, и, кажется, вовсе здесь не нужен. Остальных героев едва ли связывает что-то кроме времени и локации, и общей происходящей там тогда трагедии. Зачем, например,

Из первых четырёх книг серии, эта - самая слабая. Не уверена, что стала бы дочитывать, если бы не ожидала от автора чего-то уровня "Бриллиантов".

Может быть, я несправедлива, но эта книга понравилась мне куда меньше. В ней тоже много политических теорий как и в "Альтернативе", но еще меньше сюжетных линий отдельных людей. Но дело даже не в этом. Ведь можно было бы и вчитаться в теории, в движение Бандеры, Шухевича. Ведь война подкатывалась уже вплотную к нашим границам. И понятно тут и искреннее возмущение, и негодование, рождающееся в душе у каждого русского. Но в том-то и дело, что книга переполнена лозунгами. И вот это жесткое разделение на святых коммунистов и мерзавцев остальных очень режет глаз. К сожалению, срабатывает обратный эффект и подрывает доверие к книге. Уже сложно вычленить действительно происходившие вещи, или только добавленные для красного словца. Несмотря на творившиеся зверства, хотелось бы более холодного взгляда на вещи. Тоже касается и Гитлера, его представляют зарвавшимся малообразованным и никчемным психопатом. Но это никак не отвечает на вопрос, почему ему удалось занять своё высокое положение и удержать власть. Из книги было бы можно почерпнуть много политических поступков и возможных параллельных линий развития истории, но теперь я не уверена, что можно полностью положиться на данную информацию.
P.S. Да, я помню про цензуру, так что не все здесь вина автора.

Совершенно коротенький рассказ. Казалось бы, зачем он нужен в череде романов о легендарном разведчике? Однако же он написан. И написан существенно позже знаменитых «Мгновений…»
Моё мнение – Семёнов хотел Исаева показать человеком. Не только героем-патриотом- разведчиком-идеалистом. Но и обыкновенным уставшим человеком. При всей своей усталости и трудностях жизни - являющимся настоящим Мужчиной. А это зверь редкий во все времена.
« - Максим, хочешь я развяжу тебе галстук?» – спросила Сашенька. «Раньше она галстуки развязывать не умела…» - ожгло Исаева.
Как много в этой фразе глазами взрослого мужчины.
Обида и ревность. Поскольку у Сашеньки он, разумеется, любимый, но, очень вероятно, уже не единственный.
Горечь от невозможности соединить свои жизни. Понятно, Родина важнее…
И Любовь. Та, из-за которой он не спит. Из-за которой ведёт многочасовые мысленные диалоги. Которую он не унижает высказываемыми подозрениями, не опошляет требованиями и претензиями. Которую он просто ценит. Ценит каждое свободное мгновение.
И второй удар в рассказе, который невозможно не упомянуть – «Он вернулся в Москву в 48-м. Не зная, что Сашенька и его сын находятся во внутренней тюрьме».
Комментарии к этому – излишни.