Кто виноват? Повести

Стыдно признаться, но я смог всю жизнь прожить без Герцена.
Лишь вчера я купил восьмитомник и сегодня прочёл "Сороку-воровку" на пробу - благо, она короткая.
Первое, что становится ясно после прочтения буквально одной-двух страниц, - перед нами хорошая литература. Не знаю, создаётся ли хорошая литература в наши дни - я не встречал ни одной хоть сколько-нибудь приемлемой книги, написанной в XXI веке. А вот в XIX веке в России умели создавать не просто хорошую, а замечательную литературу. И "Сорока-воровка" к ней относится.
Дам представление о завязке повести - это не помешает вам прочесть её с интересом.
На первой же странице мы попадаем в любопытную компанию, которую вполне можно собрать и в наше время. Перед нами остриженный в кружок славянофил - ревнитель русской старины и противник "коварного" Запада. Рядом с ним западник (автор называет его "европейцем"), для которого европейская культура является эталоном. Третий же беседующий - тот, которого автор называет "начавшим разговор".
Разговор этот ведётся на "лёгкую" и "отвлечённую" тему - о русских актёрах и актрисах. В частности, всеми беседующими признаётся тот факт, что, если хорошие актёры в России всё же есть, то хороших актрис нет ни одной. В чём же причина этого?
Разворачивается интересный и неглупый спор, который прерывается при появлении нового действующего лица - художника. Трое дискутирующих обращаются к пришедшему с просьбой быть объективным судьёй в их споре, на что художник соглашается. А согласившись, он не высказывает какое-либо новое мнение, а рассказывает им одну из историй своей жизни, которая должна будет подсказать спорящим ответ на вопрос, почему хороших актрис в России 1846 года (время написания повести) - нет.
Хотя с тех времён прошло 175 лет, и давно уже лежит в могиле Николай "Палкин", а с даты отмены крепостного права прошло тоже не мало времени (аж 160 лет!), но причины, по которым в современной России нет хороших актрис, остаются во многом теми же. Ну... на мой взгляд:)
В этой небольшой повести много интересных идей и наблюдений. Она решает не одну и не две проблемы, а вызывает в читателе целый ряд мыслей по разным социальным вопросам. В числе прочего, автор, думается мне, хотел сказать, что нет вопросов простых и отвлечённых. Что причины многого, почти всего, происходящего с человеком, надо искать в вопросах СОЦИАЛЬНЫХ. Что искусство вовсе не яркая и светлая сказка, оторванная от действительности, что оно напрямую связано с тем социальным укладом, который принят в стране.
Словом, книга эта не только хорошая, но и полезная.

Не было бы первых ста сорока страниц (из ста семидесяти), не вычла бы балл.

Сразу скажу-признаюсь, что по форме повесть неудобоварима. Стиль Герцена, конечно, полегче, чем Гоголя или Достоевского, но сложен, многословные предложения — его хлеб с маслом. Иногда он пытается спасти положение шутками и ирониями — отличными, кстати! — но выходит плоховато. Однако описательности Герцену не занимать, как и определенного таланта к стилизации: под дневник Любоньки Круциферской он ловко подделался.

Содержание — чистое чудо. Правда, вступление и подготовление к конфликту идут на протяжении страниц этак ста двадцати, что утомляет. Я вообще не представляла себе, что в конце разыграется правдоподобная и очень болезненная драма, которая заставит реально сопереживать героям. По части интриги и ее заваривания Герцену нужно отдать должное.

Собственно, ответа на вопрос повести я дать не могу. И не сильно хочу. Меня больше занимает двойственность природы любви, необыкновенно тонко ухваченная Герценом. Я и раньше задумывалась: так ли важно любить именно своего человека, который похож на тебя до степени душевного родства? или реально прожить счастливо с другим по характеру, приоритетам, убеждениям, если вы взаимно нравитесь друг другу? Герцен, насколько я понимаю, все же сторонник "своих", нежели "чужих", какими бы прекрасными "чужие" не были. Но слепо принять его точку зрения мне хочется еще меньше, чем искать виноватых.

И Бельтова жалко. Я всегда понимаю боль книжных персонажей, но редко ее разделяю, а здесь прямо за сердце взяло.

Как же приятно было читать роман "Кто виноват?", как же замечательно пишет автор! У меня не возникло путаницы или непонимания, а, теоретически, такое могло случиться, я объясню.

В романе, безусловно, есть главные герои, с которыми автор знакомит читателя постепенно. Но прежде, чем познакомить с одной из, на мой взгляд, центральных фигур произведения, Герцен биографически описывает разных людей, которые оказываются дядюшками, матушками, отцами, мачехами для одного из Главных героев. Описание каждой личности происходит глубокое, которое берет начало из детства, автор показывает как формировалась личность, чтобы в последствии было понятно, почему тот или иной герой романа придерживается своей линии поведение, почему у героя такой, а не иной характер.
Автор совершает очень интересные, и, порой, неожиданные, переходы с описания одной личности на другую. И вот тут то и не возникло путаницы, я очень чётко понимала о ком идет речь.

Главные вопросы, которые всегда будут без ответа, или, на них никогда не будет однозначного ответа: "Кто виноват?" и "Что делать?"

Роман не даёт ответа на вопрос, он оставляет за читателем возможность размышлять и право дать ответ самому.

Очень много мыслей героев, диалогов героев с размышлениями на житейские вопросы/проблемы. Очень много того, что я вижу и в современном мире.

Я не буду описывать многое, очень многое из того, что мне понравилось. Пусть тому, кто решит прочитать роман он понравится так же как и мне!
Некоторые страницы романа я перечитывала несколько раз, чтобы ещё раз пропустить через себя те слова, мысли, которые заставляют что-то в тебе перевернуться, задуматься.

Итак, диагноз окружающему обществу поставлен. Безапелляционно и с массой доказательств. Интересный слог, замечательный юмор и живейшие жизненные примеры, все это представлено в небольшой повести Александра Герцена, которую смело рекомендую желающим посмеяться, вздохнуть с грустью и взглянуть на современников автора его глазами. Хочется процитировать место о положении женщин:

Мудрено ли, впрочем, что бабы и девки, задавленные патриархальным гнетом мужниной и отцовской власти, сочувствовали безвинно гонимому мальчику.

Безвинным мальчиком был Левка , который на свою беду имел некое  расстройство, которое сильно выделяло его на фоне остальных, за это он был часто бит и поруган. Жестокий 19 век в деревне когда образование еще не добралось до масс, а жестокость по отношению к близким не была чем то зазорным. Помещик бил своих людей, отец избивал сына, любой  вышестоящий пользовался своим положением. 

Все несчастие явно безумных - их гордая самобытность и упрямая неуступчивость, за которую повально поврежденные, со всею злобою слабых характеров, запирают их в клетки, поливают холодной водой и проч.

Чиновничество это вообще эпидемия, своеобразное действие которой автор описал просто мастерски,  с примерами из жизни конечно.

Признаюсь, когда я вполне убедился, что чиновничество ( я, разумеется, далее XII класса восходить не смею) есть особое  специфическое поражение мозга, мне опротивели все эти журнальные побасенки, наполненные насмешками над  чиновниками. Смеяться над больными показывает жестокость сердца.

В замечательном финале повести автор широкими мазками прошелся по всемирной истории , а главное поделился способом борьбы со всеобщим помешательством. Я бы поставила под сомнения предложенное лечение ибо описанные недуги все еще распространены и в наше время.

Кто не  видит ясные признаки безумия в средних веках - тот вовсе незнаком с психиатрией. В средних веках все безумно.

Сорока-воровка - спектакль,который поразил одного из собеседников из одноименного рассказа . И даже не сам спектакль ,а игра молодой актрисы,которая смогла вызвать сильные эмоции у зрителей. Но даже у такой супер талантливой актрисы не может быть великого будущего с рукоплесканиями и овациями,если эта актриса крепостная и хозяин постаивл перед ней выбор театр в обмен на женскую честь. Печальная судьба крепостной актрисы. В рассказе подняты вопросы театра и крепостничества,актеров и актрис.
Прочитано в рамках Игра в классики

Я счастлива, что познакомилась с произведениями А.И. Герцена. Как же мне нравится то что он пишет и как он пишет!

Повесть о молодом человеке, который избрал профессию врача, и, увлекся психиатрией. Основа его мыслей была зарождена ещё до избрания пути - изучение медицины, и, подтверждается наблюдениями из его практики:

На удивление, очень интересная повесть-роман! 

Печатное издание данного произведения я нашла в маленькой уличной библиотеке в Москве, смутно помня имя писателя и название произведения из курса литературы в школе. По моим представлениям, произведение должно было быть о социальном укладе России 19го века, но история оказалась более прозаичной, чем я предугадывала. 

Вопрос в названии произведения может быть отвечен по разному. Мои варианты:

• все 
  
• социальный клад
  
• мещанство
  
• женщины 
  
• рок 
  

  И все они, как мне кажется, могут быть отчасти верны. 
  

  В любом случае, читая данное произведение, я особенно отметила и насладилась иронично сатиричным тоном автора, который мастерски вплетал в полотно истории свою критическую мысль.
  

  
  
  
  

В слове «грог» Герцен пишет на конце букву «к», поэтому название рассказа может звучать и так и этак. Тот, кто пишет по-герценовски, пишет «гроК», но в основном люди пишут это иностранное слово в современной транскрипции – «грог».
Этот небольшой рассказ знаменитого писателя был написан им в 1863 и опубликован в 1864 году во Франции.
Рассказ настолько простой и настолько современный, будто является сегодняшней газетной статьёй. Только что нынешние газетчики не пишут так талантливо, а в остальном – типичная история.
Не буду её рассказывать, чтобы не портить другим удовольствие от чтения. Скажу лишь, что это хорошая и талантливая критика буржуазного уклада жизни.

Так кто же все-таки виноват, товарищ Герцен?

Ах, какой упрямый-упрямый Александр Иванович! Он не только не навязывает, но даже и не сообщает своего мнения. Чистой воды полифония! Ясно только одно - Яша невиновен. Ну сами посудите: ребеночку-то от силы года 2-3, да и дети, как известно, самые невинные существа.
Вина Любоньки в недостатке искренности с мужем (а ведь сколько одна она, эта самая искренность, способна зла предотвратить); вина Круциферского в складе его характера; вина Крупова в том, что познакомил с этой парочкой господина Бельтова; вина Бельтова в том, что он поддался чувству. Позвольте, если уж я начинаю так распинать, то и каждый в этой повести в чем-то, да виноват, вот в чем фокус! Начиная от родителей Круциферского, заканчивая пусть и эпизодической, но личностью учителя Медузина, который и сделал первый шаг к тому, чтобы пристрастить Дмитрия Яковлевича к спиртному.
Все виновны, и шабаш!
А я уж со своей читательской стороны пуще всего обвиняю и выношу приговор Вам, Александр Иванович Герцен! Вы сгубили целое семейство: отец-алкоголик, мать в нескончаемой депрессии, их будущее печально и безрадостно.