Свобода по умолчанию

В городе ранняя осень ещё как бы соблюдала приличия, прежде чем рухнуть лицом в собственную грязь.

В такие дни с нетерпением готовятся жить, потом оказывается, что – жили.

А он, посмотрев на нее снизу вверх сумасшедшими несчастными глазами, решил пожаловаться:

— Роза, так мало нежности... Почему ее так мало?

…самая ослепительная красота, отпугивая очевидной неприступностью, чаще всего обречена быть невостребованной, а по большому счёту – никому не нужной.

-Но ведь у вас с ней роман? Скажи честно, роман? Он впал в добросовестное раздумье, в частности о свойствах жанров. Вопрос был не из легких. - Нет, - сказал наконец Сидельников, - у нас, наверно, повесть.

…Ей было уже немало лет – двадцать девять. Из них шесть с половиной она встречалась с неким Мехриным, молчаливым, глубоко семейным человеком, который посещал ее строго по четвергам и, видимо, намеривался это делать до глубокой старости.

…я знал этот город наизусть – он тесный, как шкатулка…

День заканчивался, как обычно, некстати

К тому времени Сидельников с успехом освоил новый для него вид спорта – житьё на один рубль в день. Для этого требовались геройская выдержка и точнейший расчёт, потому что, например, сегодняшний проступок в виде комплекта открыток с живописью импрессионистов отнимал все права на завтрашний обед. А такой разврат, как рыбная консерва в томате или, не дай бог, в масле, прошибал в бюджете дыру диаметром в несколько килограммов картофеля.

Пельмени кончались быстрее, чем голод.