Как устроена экономика

Мировой финансовый кризис 2008 года стал для всех жестоким напоминанием о том, что нельзя отдать экономику на откуп профессиональным экономистам и технократам. Как экономически активные граждане мы все должны участвовать в управлении ею.
Конечно, одно дело – сказать, другое – сделать. Многие из нас физически обессилены ежедневной борьбой за выживание и мысленно заняты своими личными, в том числе финансовыми, проблемами. И мысль о том, чтобы стать экономически активным гражданином, то есть изучать экономику и уделять внимание тому, что происходит в экономическом мире, может показаться сложной. Тем не менее сделать такие инвестиции намного проще, чем вы думаете.
Экономика гораздо доступнее, чем убеждают нас многие экономисты. Если у вас есть общее представление о том, как она работает, контроль над тем, что в ней происходит, отнимет не так много времени и внимания. Как и другие навыки в жизни – например, обучение езде на велосипеде, изучение нового языка или попытка научиться пользоваться новым планшетом, – взращивание в себе экономически активного гражданина становится проще со временем, достаточно лишь преодолеть первые трудности.
Прошу вас, дайте экономике шанс.

Тем не менее статус-кво защищен даже без особо активных действий со стороны определенных людей. Правило рынка «один доллар – один голос» резко ограничивает способность бедных слоев населения противостоять навязываемым мерам со стороны субъектов, изначально получивших большую долю дохода и богатства (вспомните, как в главе 4 я критиковал мнение Пола Кругмана относительно низких заработных плат). Кроме того, мы бываем восприимчивыми к верованиям, которые идут вразрез с нашими собственными интересами («ложное сознание» из главы 5), и это приводит к тому, что многие, страдая от несовершенства системы, тем не менее, защищают ее. Некоторые из вас, возможно, видели в теленовостях американских пенсионеров, протестующих против Obamacare[134] и требующих, чтобы правительство «убрало руки» от программы охраны здоровья населения, притом что это программа,

В соответствии с теорией сравнительных преимуществ Давида Рикардо (см. главу 4), страна обязана торговать. Согласно этой теории, она может извлечь выгоду из международной торговли с другой страной, даже если сама способна производить все продукты дешевле, чем другие, как, например, Китай по сравнению с Великобританией в конце XVIII века – во всяком случае, так считал Цяньлун. От страны требуется только специализироваться на производстве конкретного продукта, и тогда она будет занимать доминирующее положение на рынке. Кроме того, даже если страна не в состоянии производить ничего вообще, она извлечет выгоду из торговли, если в этом деле будет лучше других. Международная торговля приносит выгоду всем, кто принимает в ней участие.

"Многие экономисты отмечают, что усиление неравенства сыграло важную роль в возникновении мирового финансового кризиса 2008 года. Особенно в США, где доходы богачей взлетели до небес, в то время как реальная заработная плата большинства населения осталась неизменной с 1970 года. Застой в заработных платах заставил людей влезть в громадные долги, чтобы соответствовать постоянно растущему стандарту потребления, диктуемому богатыми. Увеличение задолженности домохозяйств (как доля от ВВП) сделало экономику незащищенной от потрясений."

Настаивая на строгом регулировании финансовой системы, я не пытаюсь сказать, что она не представляет собой важную часть экономики. Напротив, ее необходимо регулировать именно из-за ее силы и важности. У нас не было светофоров, АБС[112], ремней безопасности и воздушных подушек во времена, когда большинство людей ходили пешком, ездили на телегах, запряженных волами, или скакали на лошадях. Сегодня у нас все это есть (и требуется правилами) именно потому, что наши мощные и быстрые машины могут нанести большой вред, если что-то – даже самую малость – пойдет не так. Если не применять те же методы к финансам, мы будем продолжать попадать в экономические эквиваленты автомобильных аварий, бегств водителей с места дорожно-транспортного происшествия и даже нагромождения автомагистралей.

Этот особый вид мошенничества достаточно часто используется в управлении экономической деятельностью. Еще одним ярким примером служит использование дефицита государственных расходов в период рецессии. Правительство первоначально тратит «деньги, которых у него нет», и запускает дефицит бюджета. Но расходы увеличивают спрос в экономике, который стимулирует бизнес и настраивает потребителей более оптимистично. Если достаточное количество бизнесменов и потребителей начинают формировать позитивные ожидания от будущего, они инвестируют и тратят больше. Увеличение инвестиций и потребления создает более высокие доходы и, соответственно, более высокие налоговые поступления. Если последние существенно вырастут, государственный дефицит будет устранен, то есть правительство в результате получит потраченные деньги.
...
Так, значит, банковская деятельность – это мошенничество? Пожалуй, что-то вроде этого. Строго говоря, мошенник старается убедить жертву в том, что не соответствует действительности. Банковское дело включает в себя убеждение вкладчиков в чем-то, что может быть истиной или ложью в зависимости от того, сколько еще людей верит в это. Если достаточное количество вкладчиков считают, что их банк СПОСОБЕН вернуть им деньги по первому требованию, он действительно будет в состоянии сделать это. А вот если они перестанут верить – то не сможет.

Многим людям интересно, может ли быть измерено счастье и следует ли измерять его вообще. Тот факт, что концептуально это лучшая мера, чем доход, не означает, что мы должны пытаться измерить счастье.
...
Количественные значения индекса счастья, независимо от того, полностью они субъективны или дополнены более объективными критериями, сами по себе не слишком важны. Нельзя сравнивать индексы счастья, рассчитанные по различным методикам, друг с другом. Единственное, что вы можете обоснованно делать с ними, – это отслеживать изменения уровня счастья в отдельных странах по какому-либо одному индексу или, что менее надежно, составить свой рейтинг стран в соответствии с этим индексом.
...
Выбор и измерение показателей в экономике не могут быть столь же объективными, сколь, скажем, в физике или химии. Даже в отношении, казалось бы, самых простых экономических показателей, таких как объем производства и доход, эта задача представляется достаточно сложной. В их состав входит множество оценочных суждений, например решение включать или не включать работы по дому в статистику объемов производства. Существует также очень много технических проблем – особенно в связи с условными методами оценки стоимости нерыночной деятельности и корректировкой по ППС. В более бедных странах возникают проблемы с качеством информации: сбор и обработка исходных данных требуют финансовых и человеческих ресурсов, которых там нет.
Даже если мы не оспариваем сами числа, трудно сказать, что показатели объема производства правильно представляют уровень жизни, особенно в богатых странах, где большинство людей способны удовлетворить свои минимальные потребности в пище, воде, одежде, жилье, базовом здравоохранении и образовании. Необходимо также делать поправку на различия в покупательной способности, продолжительности рабочего дня, а также принимать во внимание неденежные аспекты уровня жизни, нерациональный выбор покупателей (возникший из-за манипуляций или стадного поведения) и престижные товары.
Исследования счастья призваны способствовать преодолению этих сложностей, но у них есть свои, даже более серьезные проблемы – не поддающаяся измерению внутренняя природа счастья и проблема адаптивных предпочтений (особенно из-за разнообразия ложных сознаний).

«Экономические коктейли»
Ингредиенты А, Б, Д, И, К, Кл, М, Н и Ш – это австрийская школа, бихевиоризм, девелопменталистская, институциональная, кейнсианская, классическая, марксистская, неоклассическая и шумпетерианская школы соответственно.
• Чтобы ощутить вкус расхождения взглядов на важность и жизнеспособность капитализма, возьмите КлМШИ.
• Чтобы узнать различные определения человека, выпейте НАБ.
• Если вы хотите понять, как в теории определяются группы, и особенно классы, примите КлМКИ.
• Чтобы понять экономические системы целиком, а не только их компоненты, возьмите МДКИ.
• Если вам интересно исследовать взаимодействие людей и общества, для вас есть АНИБ.
• Чтобы узнать различные способы защиты свободного рынка, выберите КлАН.
• Если вы хотите понять, почему иногда необходимо вмешательство государства, ваш напиток – НДК.
• Чтобы узнать, что для экономики намного важнее, чем рынки, возьмите МИБ.
• Хотите понять, как развиваются технологии и повышается продуктивность, для вас – КлМДШ.
• Если вы стремитесь узнать, почему существуют корпорации и как они работают, рекомендую попробовать ШИБ.
• Чтобы углубиться в споры о безработице и рецессии, возьмите КлК.
Предупреждение о вреде для здоровья: ни в коем случае не пейте напиток, состоящий только из одного ингредиента, – это может привести к туннельному зрению, высокомерию и даже к смерти мозга.

Такое странное положение вещей лишь частично объясняется тем, что экономические темы не затрагивают наших чувств, в отличие от тем любви, места жительства, смерти и войны. Оно сложилось потому, что люди поверили – особенно в последние несколько десятилетий, – будто экономика такая же наука, как физика или химия, и в ней на все вопросы есть только один правильный ответ. Поэтому неспециалисты должны просто принять на веру мнение профессионалов и перестать забивать себе голову слишком сложными вопросами. Грегори Мэнкью, профессор экономики Гарвардского университета и автор одного из самых популярных учебников по этой дисциплине, говорит: «Экономистам нравится представать в качестве ученых. Я сам часто так поступаю. Читая лекции старшекурсникам, я совершенно сознательно представляю экономику как науку, так что ни один студент не начинает изучение этого курса с мыслью о том, что он приступает к постижению какой-то эфемерной дисциплины».
...
Кроме того, ни одна из школ экономической теории еще ни разу не сумела предсказать реальное развитие событий даже в тех областях, на которые ориентирована, не в последнюю очередь потому, что у людей есть собственные желания – в отличие от молекул или физических объектов.
...
С учетом всего этого можно подумать, что экономическая теория страдает от мании величия – разве способна наука, которая не в состоянии разобраться даже в собственной сфере применения, заявлять, что она объясняет все или почти все?