Цитаты из книги День триффидов

У тайн есть особенность — их невозможно хранить, если не поделиться ими, по крайней мере, ещё с одним человеком. Иначе их гнёт невыносим.

Единственная вещь приятнее иронии — логика.

Шрамы и татуировки… Нужно очень хорошо знать человека, чтобы задавать ему вопросы о них.

Привычки, порицаемые в одном веке, охотно прощаются в другом.

Поступки, вызывающие возмущение здесь, поощряются где-нибудь в другом месте.

Для моего отца мир резко делился на людей за конторками, занимавшихся умственной работой, и людей без конторок, умственной работой не занимавшихся и потому неумытых.

Без часов больница бы просто
развалилась. Каждую секунлу по часам
справлялись, кто когда родился, кто
когда умер, кому принимать
лекарства, кому принимать еду, когда
зажигать свет, когда разговаривать,
когда работать,
спать,
отдыхать,
принимать посетителей, одеваться,
умываться -
в частности, часы
предписывали, чтобы
меня начинали
умывать и приводить в порядок точно
в три минуты восьмого.

Если день начинается воскресной шиной, а вы точно знаете, что среда, значит, что-то неладно

рано или поздно, человек засыпает

будь кто-нибудь или что-нибудь за рулем вселенной, многое в истории просто не могло бы случиться

Почему даже в этом гибнущем мире меня судят по одной моей случайной ошибке? Нельзя ли забыть об этом?

Она знает, что чертовски нуждается в помощи, но ничто не заставит её в этом признаться.

Невозможно до бесконечности сохраняться трагическое настроение.

Разве не всегда люди спрашивают: «Почему именно со мной?»

«Едва ли не самое страшное - это то, с какой легкостью мы утратили мир, казавшийся таким устойчивым. Именно простота представлялась ядром этого ужаса. Мы забываем о силах, которые держат мир в равновесии, потому что хорошо знаем их, и безопасность является для нас нормой. Но это не так.»

День триффидов. Уиндем.

«Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня среда, значит, что-то неладно.»

День триффидов. Уиндем.