Ядовитая

Я любила это направление. Здесь трасса для платформ подходила очень близко к воде. Иногда волны даже лизали хромированные пороги. В целом платформа могла передвигаться и над водой, но все же магия кристаллов работала намного лучше, когда имелась связь с землей. Над океаном платформы становились неуправляемыми. Поэтому ни у кого так и не получилось создать магический корабль. С континента на континент богачи перебирались с помощью огромных телепортов, установленных почти в каждом крупном городе, а простые смертные в маленьких, душных каютах кораблей.

– Не знаю… мне и так слишком больно. – Кэлз смотрел безразлично. Прозрачные серо-синие глаза, непослушная челка, упрямый подборок и широкие плечи. Он был обречен нравиться девушкам. Даже его состояние и принадлежность к младшей ветви императорского дома не играли роли. Не будь всего этого, он все равно бы притягивал взгляд сам по себе. Они с Брил были идеальной парой. Но Кэлз готов был все перечеркнуть и стереть из памяти. – Я не привык, когда мне больно, – закончил он. – И какая разница, что случилось и почему это произошло? Ведь ее это не вернет. Ее ничего не вернет, Яд!

– Если ты не любишь подобные сборища, может, сбежим?

Я задумалась. Сбежать было значительно интереснее, но я не теряла надежду что-то выяснить. Правда, тот, ради кого я сюда пришла, похоже, уже смотался. Придется его вылавливать позже. Так что…

– Почему бы и нет? – Я улыбнулась и позволила увести себя от сцен и толпы, к омывающему берег океану. Пенящиеся волны с шипением лизали песок под ногами, а в чернильной воде отражались горошины звезд и луна. Я любила ночь и океан. Трион правильно угадал, куда меня можно увести. Здесь я чувствовала умиротворение.

Грохот музыки остался за спиной, а перед глазами плескалась бесконечность.

– Тебе следовало бы родиться русалкой, – усмехнулся парень, остановившись у меня за спиной.

Вокруг меня толпилось все больше пьяных неадекватов. Смех звучал чаще и громче, танцы становились развязнее. Несколько человек, дергающихся перед сценой, явно находились под мэджем – их выдавали нервные движения, потеря координации и искрящая сила, которую они не могли сдержать. То тут, то там вспыхивали молнии. Серый дурман был коварнее. Его так просто не распознаешь – слишком индивидуальны и плохо выражены симптомы. Просто каждый прием по чуть-чуть убивает природную силу. Крайне быстро подсевший на дурман, становится обычным человеком. Причем не очень здоровым, потерявшим несколько лет жизни. Наркотик опасный и редкий – я не видела его в действии. Поэтому приходилось полагаться на внутреннее чутье.

– А эту кто сюда позвал?

Как ни странно, возмущалась не Клэр, а Расти.

Она стояла рядом с Трионом и явно пыталась его соблазнить. Устоять перед раскованной брюнеткой в алом платье было непросто. Совершенно неуместные на пляже рубины поблескивали. Грудь, едва прикрытая шелком, вздымалась, глаза томно прикрыты. Она была красива и знала себе цену. Вот так хорошие парни превращаются в игрушки у балованных девиц. Но Трион меня удивил, так как сделал шаг вперед и, приобняв меня за талию, заявил:

– Ее сюда позвал я. Вопросы?