Harry Potter and the Prisoner of Azkaban

— Перси, ты же у нас староста, — важно пояснил Джордж. — Так положено. Две машины, на капотах флажки развеваются, а на них красуется «СШ»!
— Серьезная Шишка, — расшифровал Фред.

Чем больше спрашиваешь, тем больше вранья услышишь.

— Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке.
— Коричневую жижу.

Мама всегда предлагает чашку чая, когда кому-нибудь плохо.

— Профессор Дамблдор... Вчера во время последнего экзамена у профессора Трелони... она стала... стала очень странной...
— В самом деле? — удивился Дамблдор. — М–м–м... Ты хочешь сказать — еще более странной, чем обычно?

— На этой метле летать нельзя! — отрезала ни с того ни с сего Гермиона.
Рон и Гарри недоуменно взглянули на нее.
— И что же Гарри с ней делать? Пол ею мести, что ли?

- Мне трудно даже представить, что Министерство сделало бы со мной, надуй я свою тётушку. - сказал Рон. - Причём им пришлось бы сначала выкопать мой труп, потому что мама прибила бы меня на месте

— Что же ваша голова могла делать в Хогсмиде? — мягко промолвил Снегг. — Вашей голове запрещено там появляться. Равно как и всем остальным частям тела.

— Мои дорогие! Кто из вас встал первый?
— Не знаю. — Рон смущенно глянул на Гарри.
— По–моему, это не имеет никакого значения, — холодно заметила профессор МакГонагалл. — Если только за дверью не стоит сумасшедший с топором, готовый отрубить голову первому, кто выйдет в холл.