Избранные произведения. Том 8

Человек остается один, когда уходит последний, кто помнит его в молодости. У меня тоже есть племянники, и племянницы, и добрые друзья, но никто из них не помнит меня молодой, никого из тех людей не осталось. Я уже давно совершенно одинока.

Разве убивать - это шутка?

Ну конечно, если что-то втемяшится в голову, то на каждое возражение всегда найдется контраргумент.

Поклонник...Прекрасное слово! Великолепно отражает мое отношение к вам. Я вас уважаю, держусь на почтительном расстоянии...но не отступаю.

- Разве вы еще не поняли того, что так и бросается в глаза?

• Дорогой Пуаро, весьма сожалею, но мне ничего не бросается.

Вы читали Теннисона?...Теннисон скоро снова войдет в моду. Даже теперь по радио читают по вечерам "Королевские идиллии", а не этого бесконечного Троллопа.

- Сделаем вид, что я за тобой охочусь.

• Охотишься за мной?
• Вот именно. Ты стараешься уклоняться от встреч, но это не всегда удается: ты - мужчина, и к тому же рыцарь по характеру. У меня уже было два мужа, теперь я подыскиваю третьего. Словом, ты вдовец, которого ловят. Иногда я где-нибудь настигаю тебя - в кафе, на прогулке, и всех это очень забавляет.

Атмосфера высочайшей респектабельности – лучшая маскировка для сомнительных дел.

- Но я же могу наврать вам все, что мне взбредет в голову, - пожала плечами Таппенс.

- Не наврете - я проверю каждое ваше слово.

До чего же трогательны эти юнцы! Они верят, что все к ним расположены.