Самые лучшие сказки
Tatiana77
- 81 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Люблю первые - зачинные - повести обоих самых знаменитых циклов Эдуарда Успенского, и "Простоквашино" и "Чебурашку". Первые повести - настоящие алмазы-бриллианты. К сожалению, продолжения, и в одном и в другом случае, оказывались уже намного слабее, стремительно - от повести к повести - превращаясь в дешевые стекляшки. Это удел многих литературных "сериалов", но у Успенского наглядность этого процесса отличается особенной яркостью и даже утрированностью.
Но сегодня мы говорим о первой повести цикла про крокодила Гену и Чебурашку, которая была вообще первым крупным прозаическим произведением автора, и стала своеобразной матрицей всего его последующего творчества. Главным выразительным средством молодого на тот момент автора (повесть вышла в 1966 году - Успенскому 29 лет) стал абсурд. Об этом уникальном даре Успенского - с помощью абсурда достигать максимального воплощения сказочного сюжета в условиях современной реальности, я уже писал в рецензии на "Дядя Фёдор, пёс и кот", поэтому здесь подробно повторяться не стану.
Автор подает детали мироустройства своей сказочной вселенной как само собой разумеющиеся, давая при этом объяснения каким-то мелким дополнительным обстоятельствам, но не объясняя более существенные. Так, в предлагаемом им мире существуют антропоморфные животные, которые живут среди людей, носят одежду, имеют квартиры, при этом работают "животными" в городском зоопарке. Однако, это касается далеко не всех животных, например, носорог Птенчик так и остается диким. И то, и другое - абсурдно по отношению друг к другу, но, как ни странно, создает картину приемлемой реальности, противоречия как-то сглаживаются сами собой и не привлекают к себе внимание.
И это, между прочим, тоже характеристика мира в котором мы живем, мира, который полон подобных противоречий, а мы их счастливо не замечаем, потому что и за противоречия их вовсе не считаем. Или, вот, отношения Чебурашки и крокодила Гены - все мы знаем и помним, что они стали друзьями "не разлей вода". С одной стороны это так, а с другой - у них ведь сложилась далеко не равноправная дружба. Скорее, её можно охарактеризовать как "дружбу" взрослого с ребенком, где в качестве взрослого предстает самостоятельный и ответственный крокодил Гена, а в роли ребенка пребывает Чебурашка - ведомый и инфантильный.
У психологов даже есть такой термин "комплекс Чебурашки", когда взрослый человек пытается избавиться от ответственности, переложить её на других, ведь быть инфантилом во многих случаях очень удобно. Чебуращка стал очень популярен, и не только в России, но и по всему миру, особенно - в Японии, наверное, этому способствует колоритная лопоухая внешность и тот самый инфантилизм, ведь слабенького и глупенького так пожалеть хочется.
Но мне кажется, что образ крокодила Гены автору удался намного больше, он предстает одновременно и сильным, и не лишенным определенных слабостей... человеком. Я помню-помню, он - крокодил, но он антропоморфный крокодил, а любой антропоморфный сказочный герой, в первую очередь человек, а потом уже волк, медведь, заяц или крокодил. Между прочим, в образе крокодила Гены есть что-то неуловимое от Шерлока Холмса в исполнении Василия Ливанова, и Штрилица - Вячеслава Тихонова. Не знаю, почему я вспомнил Шритлица, а вот Холмс, видимо, всплывает по двум причинам - Гена курит трубку и говорит голосом того же Василия Ливанова.
А вот другая яркая героиня сказки - протагонист главных героев - старуха Шапокляк, на мой взгляд, что-то унаследовала от легендарной Фаины Раневской, и жаль, что гениальную актрису не пригласили на озвучку этой роли. А может приглашали, да она сама не пошла, а может просто постеснялись пригласить - всё-таки, сама Раневская!
Вот, сколько всего я понаписал, а самого главного так и не сказал. А главное то, что сказка учит дорожить дружбой и друзьями, что это самое ценное, что есть на свете. А для того, чтобы с тобой хотели дружить, надо быть добрым, отзывчивым, верным, надежным. И еще - дружба - это безусловное добро. В повести, как и положено в сказочном произведении, идет сквозной темой борьба добра со злом, но добро представлено целой компанией сдружившихся героев, в зло - одной единственной старухой Шапокляк, конечно, если не считать её крыску Лариску. Так что победа добра предопределена.
В заключение пара слов про эту самую крыску. Успенский иногда, сам того видимо, не замечая, радуя одних детей, создавал проблемы для других. Придумав нейтральные имена для Чебурашки, Шапокляк и многих других, он не озаботился тем же по поводу крыски, и назвал её Лариской. Какому большому числу Ларис этот выбор имени автором стоил слёз и обид, я сам помню в своем детстве одну такую Ларису, которая рыдала горькими слезами, когда поссорившаяся с ней подруга начала обзывать её крыской-Лариской. Крокодил тоже носит имя Гена, но он то положительный герой...

Вот спроси русского человека: какой твой любимый поэт? Что услышишь в ответ? Пушкин, Лермонтов, Есенин, Твардовский и далее в ассортименте. А спроси - кто первый? И тут вариантов будет всего три - Барто, Маршак, Чуковский. Нет, найдутся, конечно, оригиналы, которые будут настаивать на Мандельштаме и Пастернаке, но таких будут считанные единицы.
А вот, если попросить вспомнить что-то наизусть, то наверняка Корней Иванович легко обойдет конкурентов. Многие строки из "Мухи-цокотухи", "Тараканища", "Айболита", "Бармалея", "Мойдодыра" настолько вплелись в нашу память с самого раннего детства, что на смертном одре в девяностолетнем возрасте, скорее всего, что-то другое не вспомнится, а это даже не потускнеет.
Я, если честно, даже не знаю. хороши или нет эти сказки. В плане смысла - иногда есть некая идея, как в "Федорином горе" или "Мойдодыре", но чаще абсолютная белиберда и ахинея. Недаром, в 30-е годы в советском молодом литературоведении существовал уничижительный термин "чуковщина". Между прочим, Корней Иванович публично раскаивался в своем "неидеологическом" творчестве и торжественно обещал написать цикл правильных и осмысленных сказок, даже название придумал "Веселая колхозия", однако, либо руки не дошли, либо даже у Чуковского не хватило фантазии для воплощения столь смелого проекта.
В поэтическом плане сказки Чуковского гуляют как ветер по подворотне, никаких более или менее строгих требований к размеру, темп то ускоряется, то замедляется, то резко сворачивает в сторону. Ведущей оказывается эмоция, а строфа уже ведомая. Но, недаром, перед написанием сказок Корней Иванович занимался изучением детской психики, поэтому и писал он, отталкиваясь именно от эмоционального восприятия. В результате получились настолько совершенные вещи, что без них уже не представить детство ребенка, растущего в русскоязычной среде.
Литературу Чуковского вполне можно характеризовать как русский детский дзэн. В самом деле, ведь сказки Чуковского совсем не обязательно осмысливать, их достаточно просто созерцать и тогда, в какой-то момент на читателя или слушателя нисходит просветление, и всё становится ясно на интуитивном уровне, рисунок слов, утративших начальный смысл, рождает некую непроизносимую, но ощущаемую субстанцию. Отсюда следует вывод, что Чуковский - самый китайский из русских писателей. Это, конечно же, была шутка, тем более, я не уверен, переведен ли Корней Иванович на китайский.
И в продолжение шутливой темы, а в этом плане Чуковский и сам был непревзойденный мастер, хочу предложить свой вариант начала "Мухи" из моего цикла пародий-стилизаций "Жили у бабуси". Решение сюжета в "чуковском" варианте несколько неожиданное и алогичное, впрочем, как и все творчество поэта и писателя:
Бабка, бабушка, старуха –
Сиськи свесились на брюхо.
Бабка по полю пошла
И чужих гусей нашла.
Пошла бабушка в сельмаг
И купила там тесак.
Приходите, стариканы,
Холодцом вас угощу.
Стариканы прибегали,
Быстро холодец съедали,
Кто с хренком, кто с чесночком,
Кто с кваском, а кто с пивком.
Нынче бабушка-бабуся
Именинница!

Что бы кто не говорил, но книжный)) мышонок не просто капризный. Он настоящий "ценитель звука")) с большими претензиями: утка -громко; жаба - хрипло; лошадь - слишком "страшно"; свинья, курица, щука - "грубо", "не так", "не то". )))
Он - как взрослый критик, которому ни одна колыбельная "не тянет". Он ищет "тот самый голос", но, к сожалению, не понимает, что порой желание обернуться красивым софитом -это ловушка.
Мышка‑мать- терпеливая мшженщина), заботливая, но отчаянная: по всей округе зовёт нянь, надеется, что хоть кто‑то успокоит её разбушевавшегося дитя. Симпатична тем, что до конца пытается найти компромисс: мать, которая готова на всё -лишь бы ребёнок заснул.
Няньки - утка, жаба, лошадь, свинья, курица, щука - с разными голосами, характерами, настроениями. Каждая -не просто "тётя‑няня", а персонаж с индивидуальностью. )) В попытках укачать мышонка они становятся своеобразным хором "неудачных" решений))) : слишком громко, слишком грубо, слишком странно, слишком чуждо. )))
А вот кошка - хитроумная и коварная. С её "сладким голоском" мышонок наконец успокаивается))) … и исчезает. ((
Это финал, от которого сначала хочется улыбнуться: "ну наконец‑то! Успокоился!))) "- а потом вздрогнуть: "А куда же он?" Ведь кошка - не няня, а хищница, и сюжет даёт читателю тонкий урок: если ты слишком придирчивый и гоняешься за идеалом - можно проглядеть, кто на самом деле перед тобой.
Очень люблю эту сказку с детства. Отзыв на неё здесь есть давно, но его не все видят, думаю. Другой, естественно, отзыв. С ЧЮ и от души.)))
Эта сказка - не просто детская колыбельная. Это -маленькая, ироничная притча о доверии, о том, как критика может быть опасной, особенно если за красивым звуком скрывается опасность. Наш мышонок, как избалованный эстет, заплатил за свою избирательность - потерей безопасности.
И, несмотря на то, что звери‑няньки - потенциальные помощники, они бессильны перед истинной бедой, когда мышонок делает выбор не сердцем, не здравым смыслом, а ушами.))
Хочу ещё сделать отзыв с акцентом для взрослых. Позже. Думаю, что сказка будет рада, что её помнят и любят.
Всем спасибо!))

Один медведь был отец, звали его Михайло Иванович. Он был большой и лохматый. Другой была медведица. Она была поменьше, и звали ее Настасья Петровна. Третий был маленький медвежонок, и звали его Мишутка.

Большой медведь взял чашку, взглянул и заревел страшным голосом:
— КТО ХЛЕБАЛ В МОЕЙ ЧАШКЕ?
Настасья Петровна посмотрела на свою чашку и зарычала не так громко:
— КТО ХЛЕБАЛ В МОЕЙ ЧАШКЕ?
А Мишутка увидал свою пустую чашечку и запищал тонким голосом:
— КТО ХЛЕБАЛ В МОЕЙ ЧАШКЕ И ВСЕ ВЫХЛЕБАЛ?

Прибежала мышка-мать,
Поглядела под кровать,
Ищет глупого мышонка,
А мышонка не видать...