Цитаты из книги Stars Above

Это был второй раз, когда Карсвелл Торн обратил внимание на Кейт Фэллоу. В первый раз это случилось, когда он удивился тому, что ей так нравятся книги, и задумался, нет ли в этом чего-то общего с тем, как ему нравятся космические корабли. Ведь и те и другие могут унести тебя куда-нибудь далеко, далеко отсюда.

Ничто не заставляет андроида чувствовать себя более бесполезным, чем плачущий человек.

Зола взяла руку Кая и сжала ее. — Я хочу тебе сказать кое-что. Как думаешь, кто-нибудь заметит, если мы убежим ненадолго? Он поднял бровь. — Вообще-то мы составляем четверть списка гостей, так что я буду оскорблен, если они этого не заметят.

— Ну и как тебе в них? — Неплохо. — Скарлет покрутила ногой. — Если я не упаду и не сломаю лодыжку, свадьба получится потрясающей. Ико фыркнула: — Да тут каблук не больше пяти сантиметров. — Это ровно на пять сантиметров больше, чем то, к чему я привыкла.

— Я хотела тихую свадьбу для своих, а не цирк. — Это первый брак между жителем Луны и землянином за множество поколений. Жених - биоизмененный гибрид волка и человека. На свадьбу приглашены император Восточного Содружества и бывшая королева Луны. Чего же вы ждали?

И Зола твёрдо решила быть счастливой – отныне и навсегда.

Непредсказуемый андроид - опасный андроид.

Ее можно ранить. Она может сойти с ума. Но ее нельзя победить.

Но, лишь увидев улыбку Кая и упав его объятия – им обоим было безразлично, что это видел весь мир, – она поняла, что домом, по которому она тосковала, был именно он.

- Я просто хочу, чтобы ты могла себя защитить. В конце концов, никогда не знаешь заранее, не захочет ли кто-то забрать тебя туда, куда ты вовсе не собиралась.

— Эй, Зола, — сказал Торн, шагнув в проход, отделявший прихожую от скромной гостиной. — Помнишь, как мы тут были в прошлый раз? Пара сумасшедших беглецов, пытающихся укрыться от закона? — Ты о том, как мы обнаружили секретное помещение под ангаром, где меня восемь лет держали в коме, а потом какой-то загадочный хирург превратил меня в киборга, чтобы отдать в семью, которой я была не нужна? Да, Торн, это были старые добрые времена.

Хмурясь, Карсвелл терзал блинчик краем вилки. Если мать это заметит, она тут же напомнит ему о ноже, но она слишком занята - притворяется, что ее тут нет.

Звезды! — проворчал Торн. Они еще Даже не поцеловались, а меня уже тошнит.

Полноценный гражданин Луны. Не просто пустышка. Не пленница, само существование которой является тайной.

Одна. Ее оставят здесь одну.

Хотя на самом деле пустышек не убивали, просто прятали, но большинство граждан об этом не знало. Ее родители, должно быть, верили, что она мертва. Сибил никогда не уставала напоминать пустышкам, какими нежеланными они были. Что, если бы она не спасла их, все они были бы мертвы, и никто бы их не оплакивал.

Звезды, как же красива эта планета! Она оказалась еще более потрясающей, чем Кресс представляла. Изображения, спроецированные голографическими узлами, не могли сравниться с тем, что она видела. Земля сверкала, сияла и двигалась! Постоянно двигалась, а вокруг нее крутились вихри облаков. Казалось, что она живая.

Она могла бы стать лучшим шпионом в истории Луны. А самое лучшее — она больше не будет пустышкой, запертой в спальнях. Пустышкой, которую каждые четыре недели заставляют сдавать кровь. У нее будет синее небо. Она будет гулять босиком по настоящей траве. Плескаться в океане, забираться на вершины небоскребов, ходить в театр, танцевать под дождем, и… Она заметила, что Сибил наблюдает за ней, и лишь тогда поняла, что на лице у нее — широкая улыбка. Она стерла ее так быстро, как могла.

Сибил хочет, чтобы она стада шпионом? Земляне не станут подозревать ребенка вроде нее, и она была пустышкой… Что идеально подходит для лишенных дара землян. Она могла бы проникнуть в правительственные базы данных… Она могла бы получить любой поток данных на планете.

Год назад она хотела обрезать их, но девочки отговорили ее. Они сказали, что волосы очень красивые, и ей так повезло, что они растут такими густыми и сильными. И что она с ума сошла, если хочет их обрезать, и она передумала. Теперь они стали для нее чем-то вроде защитного покрывала.