reader-6532999
6 мая 2026
— Вот это — КНИГА! Не чтиво, а взрыв типографского станка. Полушин — не писатель, он — проводник электричества. От первых же строк — током бьёт: Наталия Гончарова — жива! Не на репродукциях — в самом нерве.
Царица? О, да! Не чинная, не тронная — бунтарская, с лучистой короной, в которую вместо бриллиантов — осколки солнца и чёрные дыры иконных досок. Полушин понял главное: её авангард — не формотворчество, а моление. Она писала не «что-то новое» — она писала первобытное. Русское, скифское, до-зрячее.
Как он говорит о её «Евангелистах»! Словно сам держал в руках те расписные доски, иссечённые византийской яростью и кубизмом. А глава о лучах — пронзила меня, как луч прожектора. Гончарова не разлагала форму — она взламывала пространство, чтобы выпустить оттуда душу. Полушин это чувствует — и даёт почувствовать нам.
И какой слог! Местами — как её же графика: остро, без полутонов, с заусенцами. Местами — как праздничный вынос савана: торжественно, больно, выше головы. Он не боится слов «икона», «вера», «Россия» — и правильно. Гончарова без этого — ремесленник. А с этим — Царица, каких не было ни в Париже, ни в Москве.
Читаю и вижу: вот она, с руками, помнящими глину и холст, в испанской шали, с цыганской серьгой, — грозная и благословенная. Полушин написал о ней не книгу — гимн. С рыданиями, с восклицаниями, с чёрными квадратами восторга.
С величайшим восхищением, граничащим с ревностью!
5 понравилось36
