Цитаты из книги Bel Ami

Ему казалось, что он уже несколько лет не обнимал женщины, и как матрос теряет голову, завидев землю, так трепетал он при виде каждой юбки.

«...Еще несколько поцелуев – и вы уже утратите способность наслаждаться...»

Можно сохранить формы - статуи, слепки, воспроизводящие данный предмет, - но мое тело, мое лицо, мои мысли, мои желания никогда не возродятся. Правда, появятся миллионы, миллиарды существ, у которых на нескольких квадратных сантиметрах будут также расположены нос, глаза, лоб, щеки, рот, у которых будет такая же душа, как у меня, но "я" не вернусь, и ничто из моего существа не появится вновь в этих бесчисленных и различных творениях, бесконечно различных, несмотря на их относительное сходство.

Рашель видя, что они спасаются бегством, торжествующе крикнула: - Держите её! Держите! Она украла у меня любовника!

— Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять, — считал он. — Двадцать шесть, — сказал Дюруа.

И они принялись болтать, точно старые знакомые, наслаждаясь этой внезапной возникшей простотой отношений, чувствуя, как идут от одного к другому токи интимности, приязни, доверия, благодаря которым два близких по духу и по рождению существа в пять минут становятся друзьями.

Рыбам перестали бросать мякиш, и они, точно английские солдаты, вытянувшись в неподвижную и почти ровную шеренгу, рассматривали склоненные лица людей, но люди уже не занимались ими.

Я был так занят эти два месяца, что почти не выходил из дома.

одним из тех финансистов, перед которыми склоняются головы, немеют уста и которые выпускают на свет божий гнездящиеся в глубине человеческого сердца низость, подлость и зависть

Столько-то лет он жил, как все люди, ел, смеялся, на что-то надеялся, кого-то любил. А теперь всё для него кончено, кончено навсегда. Вот она, жизнь! Каких-нибудь несколько дней, а затем – пустота! Ты появляешься на свет, ты растёшь, ты счастлив, ты чего-то ждешь, затем умираешь. Кто бы ты ни был – мужчина ли, женщина ли, – прощай, ты уже не вернешься на землю!

Он ушёл хотя и с сокрушенным сердцем, но полный надежды.

«Вот оно, единственное утешение в жизни – любовь! – говорил он себе. – Держать в объятиях любимую женщину – вот он, верх человеческого блаженства!»

- Женщины-то чаще всего и выводят нас в люди.

Мир принадлежит пройдохам

Жизнь - это гора. Пока взбираешься, смотришь на вершину и радуешься; но, достигнув вершины, неожиданно видишь спуск, в конце которого - смерть. Взбираешься медленно, а спускаешься быстро.

— Итак, — сказал он, — будущее принадлежит пройдохам!

Но едва он увидел перед собой большой лист белой бумаги, как все, что он успел накопить, улетучилось, самый мозг его словно испарился. Он ловил обрывки воспоминаний, силился их удержать, но стоило ему ухватиться за них, и они ускользали или же мелькали перед ним с головокружительной быстротой, и он не знал, как их подать, что с ними делать, с чего начать.

В те краткие мгновения, когда мы рассеяны, не держим себя в руках, не следим за собой, в мгновения, приподнимающие завесу над тайниками души.

Его собственная мысль, высказанная другим человеком, раздражала его.