
Про жизнь советского археолога
Интересно, когда о своей жизни - и работе! - рассказывают люди, известные своей профессиональной деятельностью. Как пришли к профессии, как в ней развивались, что считают для себя важными вехами на жизненном пути, что думают о временах, в которых жили и о других профессионалах, с которыми довелось им пересекаться. Эта книга-автобиография как раз из таких.
Николай Яковлевич Мерперт - известный отечественный археолог, много сделавший в археологии, мне его имя встречалось в литературе о месопотамских археологических экспедициях, но он специалист и по евразийским древним периодам. Воспоминания его начинаются с раннего детства, интеллигентной среды, гимназии, уже тогда направлявшим его интерес к истории. Воевать ему довелось немного - из-за ранения, можно сказать - повезло, ведь это поколение юношей было почти целиком выбито в Великую Отечественную. Уже в 1942 г. он поступил на истфак, участвовал в раскопках, устанавливавших причиненный фашистами ущерб. После учебы стал работать в институте археологии, вел раскопки в Монголии, в РСФСР в зоне затопления Куйбышевского водохранилища, в Чечне, в Болгарии, в Египте, в Ираке, в Сирии - много куда кидали советских археологов, много в каких странах есть их вклад в науку, многие научные работы на материалах были написаны и даже вовсе не все из них устарели, а что-то останется как история первооткрывателей. И всегда автор пишет с восхищением и уважением о людях, с которыми вместе работал, от зарубежных ученых с мировым именем до копателей-поденщиков (подозреваю, что тех, о ком он был не высокого мнения, просто ничего писать не стал). И, кстати, почти ничего Мерперт не написал о своей семье, жене и детях, старательно сосредоточившись на профессиональной жизни и обходя личную.
Написаны мемуары довольно живо, где-то посуше как научный отчет, где-то переходя в археологический фольклор (особенно мило, что приводятся несколько раз тексты сочиненных на раскопках песен с пояснением обстоятельств их сочинения). Книга снабжена множеством черно-белых иллюстраций (около двух сотен штук). Портит ее только небрежный типографский набор, вычитки его то ли не было совсем и не всегда наборщики смогли прочесть рукописный авторский текст, то ли редактором был человек, для которого русский язык неродной и потому пропускались откровенные ляпы, ну и много попадалось опечаток в именах собственных. Некоторые ошибки были весьма комичные, рисующие картинку альтернативной реальности.
Например раз:
и два:

































