Luna: New Moon

Мощь и магия денег не в том, чем они позволяют владеть, а в том, кем они позволяют быть. Деньги - это свобода.

Жизнь - последовательность дверей, которые открываются только в одну сторону. Если ты ушел, то возврата нет.

В нищете время тянется медленно. И нищета - она как лавина. Один маленький промах-камешек вываливается, ударяется о другой, сбивает с места ещё несколько, и все скользит, катится прочь.

Любой суд - это театр.

Обо всем можно договориться. У меня есть теория: вот по этой причине на Луне все такие сексуально раскрепощенные. Дело не в ярлыках вроде гетеро-, гомо-, би-, поли- или а-. Дело в тебе и том, что ты хочешь делать. Секс - это контракт между тем, кто трахает и тем, кого трахают.

Люди не созданы для вечного света. Людям нужна их тьма.

От шлепанцев к шлепанцам за три поколения. Знаете эту поговорку, сестра? Первое поколение вырастает из обуви для бедняков. Второе поколение создает богатства. Третье поколение их проматывает. И опять надевает шлепанцы.

Последнее, что он видит, — фигура у изножья кровати. Лукасинью знает: это не призрак, потому что на Луне призраков нет. Ее камни их отвергают, ее радиация и вакуум изгоняют. Призраки — существа хрупкие, сотворенные из дыма, бледных красок и вздохов.

Есть гнев и есть ярость, а есть неистовое бешенство, для которого у нас нет подходящего названия. Оно бледное, очень чистое и очень холодное. Сдается мне, такое чувство испытывает христианский бог при виде греха.

Лунный закон держится на трех опорах. Первая состоит в том, что нет никакого уголовного права, только договорное: предметом сделки может служить что угодно. Вторая - в том, что чем больше законов, тем хуже законность. Третья - в том, что проворный ход, ловкий вираж и рисковый поступок в той же степени действенны, что и веский аргумент или перекрестный допрос.