Цитаты из книги Его батальон

В минуту наибольшей опасности каждый заботится о себе.

У той барацьбе, якая пачалася з фашызмам, нельга было зважаць ні на якія, самя важкія прычыны - перамагчы можна было толькі насуперак усім прычынам.

И он опасался, что может не выдержать физически, поддаться, сломиться наперекор своей воле — другого он не боялся.

Когда-то тут лавка была. Ицка конфеты продавал. Потом сельпо открыли. Сколько поменялось порядков, а крысы всё шныряют.

Нет, жизнь – вот единственная реальная ценность для всего сущего и для человека тоже. Когда-нибудь в совершенном человеческом обществе она станет категорией-абсолютом, мерой и ценою всего.

Нет, наверно, смерть ничего не решает и ничего не оправдывает. Только жизнь дает людям определенные возможности, которые ими осуществляются или пропадают напрасно, только жизнь может противостоять злу и насилию. Смерть же лишает всего...

Сердцем и разумом чувствуешь и сознаешь одно, а тело, каждая часть твоей теплой плоти жаждут другого; у них свои, куда более скромные, требования, но без удовлетворения их – никуда. Очень несовершенен, слаб человек, но другого вот не дано. Чтобы достичь больших целей, приходится считаться с маленькими нуждами этих несовершенных и слабых людей, судьбами и телами которых вымощен весь длинный путь к огромной победе.

Совершенно без сна человеку нельзя даже и тогда, когда он на войне и в полукилометре от него сидят немцы.

...на старших в армии не обижаются. У старших учатся.

Да, возврата к прежнему теперь уже не было – он погибал всерьез, насовсем и самым неожиданным образом. Теперь он всем и повсюду враг. И, видно, самому себе тоже

Страх за свою жизнь-первый шаг на пути к растерянности :стоит только поддаться испугу, занервничать, как беды посыплются одна за другой. Тогда уж наверняка крышка

Погибнуть — дело не хитрое.

—Наверно ж, в пекло не верите? —Мы в рай верим,—шутливо бросил Рыбак. —Дождётесь рая, а как же.

Кладбище — не самое худшее.

Да, физические способности человека ограничены в своих возможностях, но кто определит возможности его духа?

А смерть, что ж — смерти не избежать.

Москва не Корчевка, защитить ее, пожалуй, сыщется сила.

- Чудак! С кем ты вздумал тягаться? - А вот увидишь. - Это же машина! Или ты будешь служить ей, или она сотрет тебя в порошок!

Лёс, як вядома, мае прыхільнасць да смелых і часам выдае ім трохі звыш свае скупой нормы.