Правило муравчика. Сказка про бога, котов и собак

Для читающих современную русскую прозу само имя автора уже предупреждает: мягкости в отношении современного устройства нашего здешнего мира не будет. Да и аннотация открыто говорит о сатирической повести, в которой и политика, и российское телевидение, и… котики. Так вот на котиках-то вся сатира и пошла прахом.

Да-да, я разглядела «все, что хотел сказать автор своим произведением», да и как не разглядеть, если все прозрачно. Тирания воцарившегося кота, удержание власти путем искусственного создания врага, референдум безгласных рыб и морских гадов о «присоединении к кошачьему столу»… Вижу, как кто-то уже скривился за монитором, а кто-то довольно усмехнулся. Ну, этих не переделать, а вот если читать без предварительной установки, то выходит беззлобная сказка с хорошим концом. Только представьте, вот это все, произносимое в интонации добродушного и чуть ироничного «взгляда сверху», разве может звучать едкой сатирой?

- Котославные, котолики, котометане, его котейшество Котриах, Кошрут, святые котцы, мурпехи, готики… - Поэма молодого кота Мокроусова «Униженные и оскопленные о трагической судьбе домашнего кота. - Тиран Мурчавес с сочинением «Майн Кун», собачий вожак Псаревич, кошка Кришнамурка, диктующий ей Кошрут Мурдыхай… - Жирналисты, пылевизор…

Отрывок, который уж совсем прозрачен:

«Возле входа в узловатый храм лежал огромный черный кот с отсутствующим взглядом. Он умиленно смотрел в пустоту и как будто бы не видел собеседника. Хотя на самом деле — очень даже видел. — Приветствую тебя, — сказал Мурчавес. — Здравствуй, брат, — певуче ответствовал кот; голос у него был тонкий, а манера выражаться — сладкая. — Ты, брат, к кому? — Я хочу поговорить с его Котейшеством. — Их Котейшество почивают, — с равнодушной нежностью ответил секретарь. — А когда они проснутся? — Будут с молитвой вкушать. — А когда отвкушают… отвкушивают… поедят? — Настанет время вечерней молитвы. — И когда я с ним смогу поговорить? — А никогда, — ответил секретарь. — Их Котейшество не для того, чтоб с ними разговаривать. — А для чего же они? — Шоб быть, — разъяснил секретарь с каким-то странным нездешним акцентом».

Не знаю, может, для кого-то это сатира и обличение, кто-то готов немедленно реагировать гневом и презрением, а для меня котомир, потерявший бога-хозяина, проживший без него годы котовойн и котореволюций и обретший в конце концов, как и положено в сказке, свой прежний уютный дом с Алтарем-холодильником – милая добрая сказка о том, как добро побеждает зло.

*Пойду-ка я своего домашнего Мурчавеса за ухом почешу))

Бог не умер. "Правило муравчика" - сказка-притча о том, как котов и собак покинул бог и домашние животные оказались вне рая. Почему бог с маленькой буквы? Все просто: бог для животных - заботливый хозяин, которого увезли люди в военной форме, а рай - всего лишь жилище со святилищем-холодильником, заброшенное и пустующее. Надежды на возвращение в рай (по крайней мере в земной жизни) почти нет, и поэтому кошкам приходится приспосабливаться к новым условиям. Конечно, все у кошек будет как у людей. В основе повествовательной техники классический прием - иносказание, но это отнюдь не тайнопись в ее традиционном изводе: Архангельский прибегает к иносказанию не для того, чтобы скрыть и замаскировать, а скорее для того, чтобы смягчить грубость и несовершенство природы человеческой. В интервью автор признается: "Если ты хочешь рассказать о том, как устроен мир, но не хочешь изображать его совсем темными красками, то бери животных, потому что они плохими никогда до конца не бывают". (1) Писатель мало заботится о том, чтобы скрыть смыслы. Напротив, со взломом подобных культурных шифров легко должен справиться старшеклассник. Судя по всему, автор изначально и ориентировался на эту целевую аудиторию. Сюжет сказки занимателен и не лишен архитипических признаков антиутопии. Рай потерян, бог, если и не умер, то кажется навсегда покинул своих питомцев. Кошачье общество раздроблено на несколько конфессий: "Толкованием вероучений занимались святые котцы. Котославных возглавлял Котриарх – черный, необъятный, молчаливый. Котоликов – веселый полосатый кот по прозвищу Папаша. А котометан – обильный телом белый перс, получивший звание Верховного Жреца". Несмотря на подобное разделение, коты живут мирно на своих территориях: " Пепси-Котор населяют котославные, в Кока-Которе живут котолики, а мурчалойцы – убежденные котометане". Но рано или поздно установленный миропорядок должен нарушиться: одинокий "сверхкот" Мурчавес, урожденный мурчалоец и автор книги "Майн Кун", пытается объединить кошачество. Но кошачество объединяться не спешит, и потому Мурчавесу приходится совершить подлость. Он подговаривает собак и организует "нашествие тяфтонов". Ходят слухи, что собаки создали карательный отряд "Бравый сектор", вскоре псы грабят кошачьи склады и оскверняют святыни. Кошкам нужен лидер, им и становится Мурчавес. Приходит время построить сильное кошачье общество, в котором большое внимание будет уделено безопасности, где начнется индустриализация, и каждый житель будет идеально встроен в государственный механизм. Сотрутся границы и религиозные противоречия, да и сами религии станут больше не нужны: святые котцы отправятся в заключение вместе с прочими несогласными. Конечно, Мурчавес строит тоталитарное государство со всеми его отличительными признаками, и конечно же это государство должно будет рухнуть, а бог-хозяин рано или поздно вернется, но сверхидею произведения стоит поискать все же на другом уровне. Мягко говоря, неоригинально было бы посвящать исключительно теме тоталитаризма еще одну антиутопию, хотя Архангелький, безусловно, не упускает возможности повторить пройденное. В персонажах сказки вполне можно распознать "сильных мира сего", а в сюжетных коллизиях - вехи человеческой истории, и этим, пожалуй, даже интересно будет заняться на уроках литературы. Однако, все эти параллели так или иначе разбиваются об идейную плоть: земные реалии в этой книге постепенно развоплощаются в сторону духовной абстракции. Сказка - ложь. Поэтому "Правило муравчика" лучше рассматривать именно как притчу, которая не поучает, а скорее указывает путь, не изображает события, а заостряет главную мысль, которую можно сформулировать так: Бога невозможно потерять навсегда, счастье не просто в единстве и земном благополучии, а в единении с Богом. И вот здесь заглавная буква в слове Бог уже вполне уместна.

Отношение у меня к этой книге двоякое. Если откинуть всякий анализ и параллели, то это вполне себе неплохая история про храбрых котов, что живут в вымышленной стране и ведут сказочную жизнь, полную уловок, хитростей и кошачьих страстей.

Но если же зрить в корень, то перед нами откровенная сатира на современное общество со всеми его политическими кознями и подоплёками. И кошачий народ является своего рода метафорой человечества, забавно и в то же время едко высмеянного автором. Недаром коты всегда ужасно похожи на своих хозяев.

Александр Архангельский - писатель, литературный критик, публицист и журналист, поэтому ему прекрасно удалось создать произведение, которое по смыслу не уступает самой «жареной» новости на развороте газеты.

Готовы ли вы взглянуть на жизнь под другим углом? Или предпочтёте замечать только сказку про бравых четвероногих?)